Свобода под свинцовым небом (СИ)
Луиза Бельская
Свобода под свинцовым небом
Глава первая
Феликс Леонидович Луговой размашистым шагом направлялся по длинному коридору Научно-исследовательского центра теплофизики экстремальных состояний. На лацкане его светлого пиджака гордо красовался бело-сине-красный нагрудный значок, золоченые буквы на котором, собираясь вместе, громко говорили: «Депутат Совета Федерации» и светились под солнечными лучами, дерзко пробивающимися через кроны деревьев и несколько мутные стекла старинных окон, опасным огоньком. Не менее опасная искра таилась в его серых, всегда слегка прищуренных глазах, многообещающе вспыхивая при малейшем отклонении от плана, который составлялся депутатом ежедневно.
Это был высокий тридцативосьмилетний мужчина с несколько заостренными чертами лица: нос, подбородок, взгляд - все говорило о изворотливости, подозрительности и каком-то еле уловимом коварстве этого человека. Его светлые волосы с легким, едва заметным, медным оттенком были аккуратно откинуты назад, а бледные губы сжаты в плотную полоску, придавая выражению лица решительный и немного надменный вид. Его поджарую фигуру облегал дорогой костюм песочного цвета, придавая облику Феликса еще большее сходство с хитрым и опасным зверем.
Научные сотрудники, то и дело сновавшие по коридору с кипами документов, стопками разноцветных папок и кружками с дымящимся кофе, почти вжимались в стены, уступая депутату как можно больше места в коридоре. Но такая бурная реакция была вызвана вовсе не появлением народного избранника, которого, по большей части, и в лицо-то толком никто не знал. Инстинкт самосохранения срабатывал при внушающем опасения виде охранника, не отстающего от Феликса ни на шаг.
Усман Нувас внешность имел колоритную и запоминающуюся: курчавая черная борода, тщательно подстриженная и старательно расчесанная, не глядя на приложенные усилия, предательски торчала в разные стороны, темные глаза из-под постоянно нахмуренных бровей смотрели так, будто их обладатель только что вышел на охоту и одним только взглядом мог поразить живую мишень.
Дойдя до конца коридора, Феликс остановился перед широкой дверью, на табличке которой было указано: «Начальник Научно-исследовательского центра - Корнилов Александр Сергеевич».
- Стой здесь, - коротко бросил депутат своему цепному псу и, без стука распахнув деревянную дверь, скрылся в недрах просторного кабинета.
Беспрекословно подчиняясь хозяину, Усман занял оборонительную позицию, тяжелым взглядом продолжая сканировать коридор. Перестав обращать внимание на необычного гостя, сотрудники центра снова вернулись к своей работе, и муравьиная возня вновь закипела в стенах института.
Увидев гостя на пороге, Корнилов, как на пружине, подскочил с насиженного места и уже хотел было броситься депутату навстречу, но тот одним только жестом остановил его, давая понять, что излишняя любезность здесь ни к чему.
В несколько шагов преодолев расстояние от входа до широкого письменного стола, Феликс с шумом отодвинул мягкий стул и, усевшись вполоборота к Корнилову, вытянул вперед длинные ноги. Слегка приподняв брови, он оценивающе осмотрел обстановку кабинета: большой овальный стол для заседаний, окруженный обычными стульями, пара шкафов, тумбочка с электрочайником - здесь царил минимализм и порядок.
Феликс мельком взглянул на портрет Президента, висящий на стене, и наконец-то соизволил заметить Корнилова, довольно упитанного маленького человечка неопределенного возраста с большими залысинами и очень короткой аккуратной бородкой, продолжающего стоять возле своего рабочего места, нервно переступая с ноги на ногу и пытаясь незаметным движением промокнуть пот с ладоней о края пиджака. Корнилов очень переживал по поводу визита важной персоны. Молчаливая пауза затянулась, и мужчина, в попытках справиться с волнением, начал нервно крутить верхнюю пуговицу.
- Не мельтешите! Да сядьте уже! - Феликс всем корпусом развернулся к робеющему начальнику центра, раскрытой ладонью указывая тому на его собственное кресло.
Корнилов растерянно улыбнулся, как-то извиняющее пожал плечами и, наконец, опустился на свое место:
- Феликс Леонидович, здравствуйте, я так рад вас видеть...
- Здоровались по телефону, - бесцеремонно оборвал его депутат, - у меня очень много работы, поэтому давайте приступим сразу к делу, - он извлек из черного пластикового стаканчика одну из шариковых ручек и принялся монотонно тыкать кончиком стержня в первый попавшийся документ, лежавший перед ним на столе, оставляя на шершавой поверхности черные точки.
Корнилов тоскливо поглядел на бумагу: это был протокол собрания с автографами всех сотрудников центра и печатью высокого начальства. Документ был безнадежно испорчен, однако ни словом, ни взглядом не выказывая своего недовольства, Корнилов снова улыбнулся и, положив руки на стол и сцепив их в замок, важно произнес:
- Тогда начнем.
Из-под рукавов его пиджака виднелись белые манжеты парадной рубашки, в свою очередь из-под которых торчали густые черные волосы, нарядной бахромой украшая пухлые руки.
Феликс брезгливо поморщился, отложил в сторону шариковую ручку, придвинул стул поближе к краю стола, и, подперев голову правой рукой, начал внимательно слушать.
- Нам наконец-то удалось получить образец стабильного металлического водорода независимо от Гарварда! Причем, не жидкую форму, а именно твердую! Это же гигантский прорыв в развтии отечественной науки! - зачастил Корнилов, эмоционально сотрясая руками в воздухе.
- Вы хотите меня заверить, что самостоятельно создали высокотемпературный сверхпроводник? Сами? Своими силами? - Феликс скептически прищурился, пытаясь своим колким взглядом заставить Корнилова сомневаться, но тот говорил чистую правду, поэтому, полностью игнорируя замечание депутата, продолжил свою убедительную речь.
- Да, сами. У нас есть гениальный младший научный сотрудник. Ему двадцать шесть лет, при этом он уже кандидат наук, имеет одну публикацию, а год назад он получил Президентскую премию в области науки и инновации.
- Это за какие такие заслуги? - нетерпеливо перебил его Феликс, закидывая ногу на ногу и периодически ударяя глянцевым носком лакированной туфли по ножке стола.
- За исследования в создании материалов с заранее заданными свойствами, - поспешно ответил Корнилов.