Крик Новорождённых

Миррон и Джеред переглянулись, и девочка не смогла спрятать улыбку. Казначей подмигнул ей, хотя его лицо оставалось суровым и бесстрастным.
— И я всегда буду поблизости, — добавил Джеред. — Я обязан вам жизнью. Вы всегда можете располагать моей рукой и моим сердцем. Вы все. — Он ударил кулаком в грудь.
У Миррон переполнилось сердце.
— Остается только решить, что с вами делать, — продолжила Адвокат. — Ведь такие способности, как у вас, нельзя отдать в плохие руки или допустить, чтобы ими злоупотребляли.
Миррон замерла. Рядом с ней вспыхнули тревогой жизненные карты Ардуция и Оссакера.
— Здесь у меня доклад, подписанный главными советниками Конкорда, включая казначея. В нем рекомендуется, чтобы на время расследования вас поселили здесь, в Эсторре. Против вас выдвинула обвинения канцлер. Ко мне поступает множество жалоб на явления и беды, источником которых якобы являетесь вы. И скоро орден начнет стучать в мои двери, требуя, чтобы я арестовала вас за то, что вы поставили себя на место Бога, изменив поведение Его океана. Для молодых Восходящих в Эсторре настанут опасные времена. И я, как представитель Бога на земле, обязана служить Всеведущему, не так ли?
Миррон осознала, что кивает, соглашаясь.
— Я не могу допустить, чтобы вы разгуливали по улицам Эсторра. Тем более что вас можно отправить в гораздо более подходящее и безопасное место.
— В тюрьму? — выдавил из себя Оссакер.
Смех Адвоката разнесся по комнате.
— Ох, дитя мое, за какое чудовище ты меня принимаешь? Я сказала вам все это потому, что вы и те, кто стоит здесь рядом с вами, должны понять: вы несете не только радость, но и бремя. От этого бремени вы не можете отказаться, и потому о вас надо заботиться как можно лучше. Матушка Наравни, прошу.
Восходящие повернулись к Эстер, а та встала и протянула к ним руки.
— Собирайтесь, все собирайтесь. Пора возвращаться в Вестфаллен. Пора домой.
Миррон радостно завизжала, обняла братьев и расплакалась.