Формула 21 века (выпуск №3, 1997г.)

Газета ПОэзия» № 3, 1997
-------------------------------------------------------------------------
Презентация третьего номера «Газеты ПОэзия» в Русском Пен-центре. Слева направо: В.Рабинович, К.Кедров, А.Ткаченко. Фотохроника ИТАР-ТАСС.
-------------------------------------------------------------------------
Константин Кедров
Формула XXI века
Одно из самых кратких и самых красивых стихотворений XX века выглядит так:. E = mc 2. Автор и величайший поэт – Альберт Эйнштейн. Это первая метаметафора. В ней разверзается зрение Ангелов. Ангелическая жизнь света не похожа на нашу – досветовую. Здесь масса и время равны нулю, а мгновении длится вечно. Предчувствуя такой мир, поэт Василий Жуковский назвал это «чудным мгновением». Он же создал словесную формулу знаменитого принципа неопределенности другого гениального поэта от физики – Вернера Гейзенберга:
ЗДЕСЬ – мгновенно
ТАМ – всегда
В конце XX века формула-стих Эйнштейна дополнилась двумя величинами  χ и π, где  χ  – художество, а  π  –поэзия.
Дано: χ и π. Исходная формула: χ  = π. Далее следует ряд удачных или неудачных соответствий и несоответствий:
при  χ > <  π  и  π > < χ      π ≠ χ
при  π ↔ χ     χ  = π
Учитывая, что согласно E = mc 2время ; и ; пространство могут сужаться и расширяться до бесконечности, все преобразования согласно Эйнштейну снова сходятся к исходной формуле:  χ  =  π
Это итог XX века. Зато в XXI век уходят поэтические формулы самопознания:
Я  ≠ Я   Я > < Я    Я = –Я,
что в словесном выражении звучит еще проще:
Я не Я
Если свести воедино формулу E = mc 2с формулой XXI века
χ  =   π   и   Я ≠ Я
получим формулу третьего тысячелетия:
Я = χ π 2
что и требовалось доказать.
Словесный эквивалент той же формулы –
Я вышел к себе
через – навстречу – от
и ушел под
воздвигая над
-------------------------------------------------------------------------
Андрей Вознесенский
Не имея формального права как арендатор Литфонда, я все-таки соорудил навес над квадратом арендуемой территории. Мой сосед по сельской жизни Переделкина Андрей Битов бормотал: "Хочется сжимать форму. Поэтому я из прозаика становлюсь поэтом – вместо целой страницы пишу четверостишие. Вот и премию мне в "Новом мире" дали как поэту". А как сужаться мне–- поэту? Строчка сжимается до минимализма. Одно слово вжимается в другое. Так появились кругометы. Нельзя обижать другую природу. Сосна, заяц, пень тоже хотят поэзии. Я пишу стихотворение вертикальными медными буквами на сосне, которая как насос перекачивает нам небо: СОСНАсоснасосНАСОС.
Идет расширение до бесконечности. Поэзия, сужающаяся расширением
π → 0  ∞ → π
В формуле XX века это уже заложено, поскольку при скорости света пространство расширяется и сужается. Расширение происходит действительно поверх барьера. Языки не аукаются – они сливаются. Например:
ЧАСПИКчаспикчасПИКЧЕРС. Язык сам требует от нас картинности (пикчерс – pictures – по-английски картины).
Навес я вымерял по строительному уровню, чтобы он вышел параллельно земле. Сосна – вертикаль. Когда я закончил навес, то с него проступило слово "весна": ВЕСНАвеснавесНАВЕС. Таким образом поэзия творит времена года.
Живущий ныне в тиши мэтр сюрреализма Морис Надо в свое время заказал мне прозаический труд о сущности поэзии. Следую его заказу.
СЛАЛОМ
Посвящение Анизе Кольц
Как с карниза свищет слалом – сатанист
и снежок тревожит ноздри как анис –
АНИСанисаниСАНИ
сами сами
в капюшоне как саами
мисс
на свиданье схватишь приз
ну а если разобьешься –
то приснись
сани сани
взвился розовый крестец...
слышишь ангелов осанны?
пиздец!
санитары на "Нисане"
и снежком пахнул анис
и летят пустые сани
сани сани сами
в
н
и
з
ЛЕСНОЙ РЕГТАЙМ
ку-ку минуя времени реку –
ку-ку ку-ку
читаю ли Матфея и Луку
ку-ку ку-ку ку-ку'ку-ку ку-ку ку-ку
укушенный собаксами бегу —
тебе не прозвонюсь через Москву