ИЛИ Инстинкт ЛИрики

Гроздья роз источая грусть
тяжелеют от этой грусти
каждый путник всего лишь пути
забывающий в чувстве чувство
В каждом поле есть поле битвы
в каждой битве есть забытье
Из бытия не создать избыток
все что избыток – небытие
Как градусник из последних сил
вытягивает свой градус
так я полнеба в себя вместил
и вытеснил в небо радость
А там вдали от каждого поцелуя
свет как кардиограмма где нет пробела
или как кладбищенская аллея
не имеющая предела
впереди меня
огибая воображаемую линию
позади меня огибая эхо
так Офелия ловит лилию
и тонет в глубине смеха
* * *
Однажды осенью я вышел в цирк
был впереди своих последних лет
и улетела вдруг гремящим светом
лучеобразная лавина зла
полупрозрачный ангел стал прозрачным
сквозь ангела окно
я увидал тот свет
он был как я
отнюдь не бесконечен
а здание возводилось
из громоздкого вакуума
из заатмосферных сфер
во дни где нас не было
к дням где нас не будет
но я и сам не знаю
где нас не было больше
или где я больше был
Я люблю твою царскую пустоту
состоящую в основном из птиц
корабли
которым имена Грусть и Паноптикум
память – это аптечный склад
где будущее – аптека.
-Святой теннисист-
Павлу Челищеву
Святой теннисист держит нимб-ракетку
он играет своим отраженьем
вот мяч летит но не долетает
вот нимб сияет вот мяч летит
тогда луна перестанет быть
все отрицается бытием боли
чем больше отражается
тем меньше есть
чем ближе тем отдаленней
вот ударился о плоскость луча
вот изошел волновым светом
и одновременно раздробился
до неразличимости
речь должна быть прямой
свет бесконечным
тогда ракетка просияет вовне
теннисист поймает мяч-луч
и может быть я
распознаю свой лик в ничто
и может быть ты
как Иисус Навин
остановишь солнце
Вот мяч летит
но не долетает
вот я умираю
но не умру
Весна отпустила свет
и вот ослабив поводья
я влетаю в зеркало ликом
и вылетаю пунктиром
проекция продолженная сквозь стену
мяч различим в виде множества лучей
возвратись ко мне луч
я лечу
-Яд – Я-
И Ты и Я
Мне никого не надо
Но если все умножить
на Себя
получится
твоя обида Смерть
и не моя обида
Тишина
Еще обида есть
Не ты Не я
и Я
щекой прибитый
к пустоте
за коей линия
воображенья
воображаемая
только мной
Творения Святых Отцов
снотворны
но Яды
продаваемые мной
смертельны
для того
кто их не пил
Есть Яд из Я
и Я из яда Я
-Нефтяной Бог-
Утопая
в зеркале по пояс
призраки
идут по амальгаме
Я
выхожу навстречу каменному лучу
и в этот момент
каменная радуга
связывает нас светом
в хрустальный узел:
тонущий
корабль
и взлетающий
самолет
поезд