Пересекающий время

- Сколько содержите заключенных? 
- Семьдесят восемь. 
- Сколько камер занимают? 
- Четыре общих, по восемнадцати человек, четыре одиночки. 
- Еще двое? 
- В карцерах. 
- Подсадки в камерах есть? 
- Никак нет. 
Офицер отодвинул засов, взялся за ручку двери. 
- Останься здесь, - сказал Андрей. 
Свет едва пробивался откуда-то сверху и Андрей не сразу рассмотрел людей. Потом оказалось, что ими занят весь пол камеры - люди сидели и лежали на каменных плитах, не проявляя большого интереса к вошедшему. Многие и головы не повернули. Но те глаза, которые были повернуты к нему, сочились ненавистью. Почти ни у кого не было рубах, сидели тесно, чтоб хоть как-то согреться в промозглой сырости каземата. Ясно читались следы побоев и пыток. 
- Прибить бы тут эту сволочь, - негромко сказал кто-то. - Один конец, так хоть на одного меньше будет. 
- Не надо меня прибивать, я к вам от Лиенты и Алана. 
Выражение лиц изменилось, но только оттого, что он, юкки, заговорил на их языке. Молодой парень, с синим от побоев лицом, cкривил губы в усмешке: 
- Встретишь опять - привет передай. 
- Сегодня ночью будьте готовы уйти отсюда. Есть, кто сам идти не сможет? 
Двое или трое бросили короткие взгляды в сторону и, проследив их, Андрей увидел под крохотным, забранным толстой решеткой отверстием, мужчину. Он сидел, привалившись к стене, на плечи были накинуты лохмотья. 
- Что с тобой? 
Мужчина посмотрел на товарищей. 
- Отвечай! - резко и требовательно приказал Андрей. 
- Нутро огнем печет - отбили должно. Дышать не дает. И лечь не могу уж сколь ден, хоть на чуток бы прилечь. 
- Дайте мне пройти и освободите вокруг него место. 
Перед ним без охоты, но расступились. Андрей заслонил больного, положил ладони ему на грудь. Несколько минут спустя, сказал: 
- Теперь ты сможешь лечь. Постелите ему что-нибудь. 
Кто-то торопливо раскинул рядом ворох тряпья. Мужчина осторожно и неловко попытался лечь. 
- Не бойся, боли не будет. Андрей погрузил больного в сон и еще минут десять работал с ним. Потом сказал: 
- Он будет спать, не будите его. Я сам разбужу, когда приду. 
Он направился к двери. 
- Ты вправду из джайвы? - остановил его осторожный голос. 
- Да. Как стемнеет, ждите меня. Нет ли среди вас кузнеца Иона с сыном? 
- Рядом они, - с готовностью ответили ему. 
В следующей камере все повторилось, но здесь он нашел отца Адони. Им оказался могучего вида человек со щедро посеребренной головой. Руки его были скованы короткой цепью. 
- Что с ней? - тревожно спросил Ион в ответ на вопрос - кто здесь отец Адони. 
- Твоя дочь у лугар, в безопасности. А где Веско? 
- Карцером наказали. 
Здесь помощь нужна была троим. Андрей работал с ними и не догадывался, что опасность подступила вплотную. 
Наверху, в дежурной комнате нетерпеливо постукивал пальцами по столу Мастер Эри, в ожидании вызванного начальника тюрьмы. 
- К вам недавно пришел посторонний? - быстро спросил он, едва тот вошел. 
- Так точно, мой господин. 
- Где он теперь? 
- Он продолжает обход заключенных. 
- Он что, прибыл с инспекцией? Какие у него вверительные грамоты? 
- Бумаг он мне не представил, мой господин. 
- Так почему ты его пустил? - оторопел Эри. 
- Он приказал мне это сделать. 
- Ты что, издеваешься надо мной!? Что он делает в казематах? 
- Не могу знать, мой господин, он входит туда один. 
- Кретин! Какой идиот рекомендовал тебя!? - Мастер Эри поднес к губам маленький серебряный свисток. 
Вошли двое, заломили руки, и в одно мгновение начальник тюрьмы переместился в разряд своих подопечных. 
* * * 
Все кончилось скоро - Мастер Эри знал свое дело. Едва Андрей шагнул из камеры, по ногам его что-то сильно ударило, рвануло в сторону. Он упал, по каменным плитам со звоном покатился шлем - одновременно на голову обрушился страшный удар. Андрей уже не видел, как из каземата ему на помощь рванулись люди - ударами тяжелых дубинок их загнали обратно. Андрея за руки поволокли по коридору. 
Он очнулся оттого, что его окатили холодной водой. Следующие несколько секунд он натужно пытался хоть что-нибудь сообразить - казалось, что в черепную коробку втиснули плохо притертые жернова - с такой надсадой ворочались мысли. Андрей открыл глаза и обнаружил, что лежит лицом вниз в луже воды, а запястья зажаты в железные браслеты. Он поднял руку и потрогал затылок. 
- Ожил? - услышал он голос и близко, у самого лица увидел запыленные носки сапог. 
Пожалуй, ответа не требовалось, - вопрос был скорее риторическим. 
То, что обнаружил Андрей в следующий момент, было получше всякой таблетки тонизирующего спорамина - он окончательно пришел в себя. Рубаху с него, естественно, сорвали и увидели ТИСС. Теперь браслета на месте не оказалось, что было по-настоящему скверно. 
- Поднимите его, - приказал властный голос. 
Завизжали плохо смазанные барабаны, цепи потянуло кверху, Андрей встал на ноги, осмотрелся. Все, как и должно быть - глаз непроизвольно натыкался на различные штуки, и не требовалось богатого воображения, чтобы догадаться о их предназначении. В углу уже раздували очаг. Стояла бочка с водой. Поодаль - стол писаря, чтобы фиксировать показания подследственных, коли среди стонов и воплей появятся внятные моменты. 
Как сказал Торри - малярня? Да, такой макияж сделают, от собственной физиономии отречешься. Выходит, в этот зал смотрела Адоня? Она говорила о щелях... Андрей скользнул взглядом по стене и обнаружил узкие, горизонтальные оконца, и в одном из них - пару напряженно глядящих на него глаз. 
- Теперь давай разговаривать, - к Андрею подошел высокий худой человек. - Давно мне с тобой хотелось встретиться. Похоже, что и тебе тоже очень уж ты напрашивался на эту встречу. Кто ты? Назови себя. 
"У него ТИСС? Скорее всего. Но может быть у любого другого, если в ту минуту, когда с меня срывали одежду, не оказалось рядом Эри - ближайшего друга и врага Гуцу, - умного, хитрого и властного". 
- А ты кто? 
- Я - Мастер Эри. 
- Ты вправду поверил, что я тебя не знаю? Ха! Кто тебе не знает? 
- И все же, я назвал себя. Теперь очередь за тобой. 
- Разговора не будет, пока браслетик на место не положишь.