Похождения комиссара Фухе
ДИССЕРТАЦИЯ КОМИССАРА ФУХЕ
Посвящается С. Каплину
— Комиссар! Комиссар! Вставайте! — тряс Алекс своего друга, мирно прикорнувшего среди груды пустых бутылок и селедочных объедков. — Пора, комиссар, подъем!
В ответ раздалось нечто непонятное, среди несвязного бульканья можно было уразуметь лишь: «Пресс-папье, скотина, убью!» Алекс с трудом уклонился от взметнувшегося кулака и вновь склонился над комиссаром:
— Да вставайте же! У вас сегодня защита!
— А? Что? — взревел Фухе, продирая глаза. И тут же, сообразив, вскочил, разбрасывая ногами бутылки.
— Эй, Алекс! — прокаркал он. — Рубашку, галстук, бритву! Вызывай такси!
Через час свежевыбритый Фухе уже оседлал трибуну Актового зала Академии поголовной полиции и вещал:
— В заключение своего доклада, уважаемые члены специализированного совета, позволю себе подвести итоги сказанному: применение пресс-папье в поголовно-разыскном деле позволяет получить большой экономико-социальный эффект и моральную экономию. Ввиду этого я осмеливаюсь просить совет о присуждении мне ученой степени кандидата поголовных наук.
Под бурные аплодисменты зала Фухе сел на место. На трибуне его сменил тоже свежевыбритый по этому случаю шеф поголовной полиции де Бил.
— Коллеги! Голуби мои! — затараторил он. — От имени поголовной полиции сообщаю, что применение пресс-папье только за отчетный пятилетний период позволило сэкономить (тут он уткнул нос в бумажку) патронов — семь тысяч штук в месяц, камер — пятьдесят человеко-часов в сутки, судебных заседаний — по двадцать в неделю! Количество преступников уменьшается в геометрической прогрессии! Метод пресс-папье считаю прогрессивным и передовым, а нашего героя — комиссара Фухе — вполне достойным искомой степени кандидата поголовных наук.
Пока шло голосование, коллеги уже поздравляли новоиспеченного кандидата. И вот председатель совета объявил:
— Уважаемые коллеги! Роздано бюллетеней шестнадцать, получено шестнадцать, за — четырнадцать, против — два. Поздравляю нового кандидата!
Раздался гром аплодисментов, все бросились к Фухе, но он, потемнев лицом, уже шарил рукой в кармане. Мелькнуло в воздухе пресс-папье, бросок, другой — и все шестнадцать членов совета уже лежали с раскроенными черепами.
— Но всех-то за что? — поинтересовался Алекс, когда могильщики выносили трупы.
— Как за что? — удивился Фухе. — Ведь двое против!
— Но остальные?
— И ты не понимаешь, Алекс? Ведь голосование было тайным!