Калифорния без золота

— Зато дешево. Тридцать две марки.
— Дешево?.. А я тебе вот что скажу: эти сорочки здесь стоят пять рублей, а в Петрограде — четыре, салфетки здесь десять рублей, в Петрограде семь, а галстуки… Галстуки, вообще, ничего не стоят! Повеситься можно на таком галстуке.
— Поехали, действительно! Обрадовались, накинулись.
— А тут еще с таможней может быть…
— Молчи, пока я тебя лапландским  ножиком не полоснул!!
Тяжелое настроение.
* * *
Поездки в Выборг напоминают мне историю с Марьиной слободой в городе К.
Была такая Марьина слобода, которая вдруг прославилась тем, что живут там самые трезвые мещане и самые красивые, добродетельные девушки и жены. И когда пошла эта слава, то стала ездить туда публика — любоваться на трезвых мещан и добродетельных красавиц… И чем дальше — тем больше ездило народу, потому что слава росла, ширилась, разливалась. 
А когда мне совсем прожужжали уши о знаменитой слободе, и я поехал туда — я увидел ряд грязных покосившихся домов, поломанные заборы, под каждым из которых лежало по пьяному мещанину, а из домов неслись крики, хохот гостей, взвизгивание женщин и звуки скрипки и разбитого пианино: это добродетельные девушки и жены укрепляли славу своей удивительной слободы.
Ибо сказано — о Выборге ли, о Марьиной слободе ли: чересчур большой успех — портит.