Моя сестра Джоди

– Что это за звонки? – спросила Джоди.
– Для вызова прислуги. Нажмешь кнопку – и в нужной комнате зазвонит звонок, – пояснил папа.
– Значит, кто-то может позвонить и вызвать тебя или маму? Что за дела?! – возмутилась Джоди.
– Да кто его знает, – сказал папа. – Вообще-то не похоже, чтобы мистер Уилберфорс относился ко мне как к прислуге и я должен перед ним раскланиваться и пылинки с него сдувать.
– А по-моему, это было бы прикольно, – заявила Джоди и выдала перед нами какой-то умопомрачительный поклон.
Затем она толчком открыла дверь, и мы вошли в большую кухню с выложенным каменной плиткой полом. Здесь был большой деревянный разделочный стол, огромный шкаф и развешенные на крючках сияющие сковородки. В целом все это очень напоминало викторианскую кухню, какой ее рисуют на иллюстрациях к историческим книжкам.
Мама жарила яичницу на огромной шипящей сковороде. Для викторианской кухни ее белая шапочка и брюки в черно-белую полоску не подходили совершенно – смотрелись слишком современными.
– Мам, тебе надо было надеть длинное платье и большой накрахмаленный передник, – сказала я.
– Что? – рассеянно откликнулась мама – сейчас все ее внимание было приковано к другой сковороде, на которой жарился бекон. – Дьявол, ну давай же, где твоя хрустящая корочка!
– Чем это пахнет? – спросила Джоди. – Тосты горят, что ли?
– О нет, только не это! – взвыла мама, проворно снимая с огня задымившую сковороду-гриль, и посмотрела на Джоди так, будто это та была во всем виновата. – Так, вы двое, отправляйтесь в столовую, вы меня отвлекаете. А ты, Джо, останься, поможешь мне. У меня от волнения все из рук валится. Представляешь, не могу приготовить простейший завтрак всего на двенадцать человек. Если так и дальше пойдет, меня через неделю выгонят с работы. И правильно сделают.
– Ну-ну, успокойся, солнышко. Все выглядит и пахнет сногсшибательно. Никто не умеет готовить горячие завтраки лучше, чем моя Шез.
– Шэрон, – строго поправила его мама, но тут же улыбнулась. – А вы давайте брысь отсюда, – сказала она нам с Джоди. – Идите и присмотрите, чтобы у всех в тарелках были кукурузные хлопья, а в чашках сок. Все это я поставила на боковой столик.
Я прошла вслед за Джоди до конца кухни, там мы поднялись по лестнице и через двойные двери вошли в столовую Мельчестер Колледжа. Это был очень большой зал со скамьями и длинными, поставленными на козлы столами. У противоположной стены зала стоял еще один, отдельный стол. Я шла по залу на цыпочках, словно в церкви, а Джоди уверенно цокала впереди меня, размахивая руками. За отдельным столом сидели четверо взрослых: мистер Уилберфорс, мисс Френч и двое незнакомых людей – молодой человек и молодая женщина.
Увидев нас, мисс Френч радостно взмахнула рукой и воскликнула:
– Доброе утро, девочки! Мм, как беконом пахнет! Чудо!
– Джоди, Перл, это мисс Понсонби, наша младшая экономка. А летом она присматривает за детьми, которые остались в школе. Мы зовем ее Бессменка, – представил мистер Уилберфорс.
Мы с Джоди с трудом удержались, чтобы не фыркнуть.
– Она присматривает за теми ребятишками, кто остался в школе на время каникул, – пояснил мистер Уилберфорс. – А это наш садовник Джед Брексмит.
– А я думала, что здесь садовник – это вы, мистер Уилберфорс, – сказала Джоди.
– Это мое хобби. А для молодого Джеда – основная работа, – ответил мистер Уилберфорс.
– А заодно я присматриваю за тем, чтобы мистер Уилберфорс не откусил чего-нибудь лишнего своим секатором, – усмехнулся Джед. Меня он, похоже, вообще не заметил, зато Джоди облизал глазами сверху донизу.
– Добро пожаловать, – сказал Джед. Выглядел он роскошно – симпатичный, длинные черные волосы всклокочены, несколько прядей заплетены в косички, перехваченные серебряной тесьмой со стеклянными бусинами. Мне подумалось, что Джед похож на пирата – смуглого, опасного, – и я втянула голову в плечи. А Джоди посмотрела на него совершенно беззаботно и сказала так, будто они были ровесниками:
– Привет, Джед.
– Привет, Джоди, привет, Перл! – сказала мисс Понсонби, перепутав при этом нас с сестрой. Она была не такой интересной, как Джед, – обычная женщина с бледным озабоченным лицом и прямыми серенькими, как у мыши, волосиками. – Может, вы хотите сидеть с другими детьми?
Других детей было четверо. Три малыша сидели рядком на скамейке, болтая ногами. Харли сидел по другую сторону стола. Он по-прежнему казался мне невероятно высоким, даже когда сидел. Рукава его рубашки были высоко подвернуты, обнажая длинные тонкие запястья. Волосы у Харли были густые, лохматые, похожие на львиную гриву. Его длинное тонкое лицо было бледным и серьезным. Харли читал книжку и хрустел кукурузными хлопьями. Он жевал вдумчиво, неторопливо, а глаза его тем временем стремительно бегали по строчкам. Когда я приблизилась, Харли и не подумал оторваться от книги.
Возможно, он намеренно не замечал меня. Я сглотнула, прошла мимо и села рядом с тремя малышами. Мы смущенно кивнули друг другу. Ребятишки казались слишком маленькими даже для первоклашек.
– Здравствуйте, – сказал самый старший из них, мальчик с большими карими глазами и самыми длинными, какие я когда-либо видела, ресницами. Кожа у него была черной как смоль и такой же блестящей.
– Я Зеф, – сказал он.
Я застенчиво улыбнулась ему. Следующая малышка оказалась даже застенчивее меня. Она наклонила голову, скрыв глаза за упавшими на них блестящими черными волосами.
– Ее зовут Сакура, – сказал Зеф. – А это Дэн.
Дэн был таким маленьким, что даже сидя, выпрямившись на скамье, едва доставал до края столешницы. Сейчас он опирался о нее, серьезно глядя вокруг своими синими глазами. Рот Дэна был перепачкан молоком.
– Да, я Дэн. На самом деле – Даниил. Настоящий Даниил вошел в клетку ко льву. Он был очень храбрый. Я тоже немножко храбрый. Я редко плачу, – выпалил он высоким тоненьким голоском.
– А я Перл. Я совсем не храбрая, – сказала я.
Только теперь Харли поднял голову и, казалось, был очень удивлен, увидев меня здесь. Он махнул мне длинной ладонью с тонкими пальцами, приглашая сесть рядом с ним. Но первой рядом с ним уселась Джоди – она поставила на стол поднос с соком и ловко одним движением вписалась на свободное место. Затем она придвинула стаканы с соком мне и малышам, оставив один стакан для себя, после чего представилась:
– Привет, я Джоди. А ты кто?
– Я Харли.
– Я не фамилию, я имя твое спрашиваю, глупый, – пояснила Джоди.
– Это и есть мое имя.
– Тогда что же у тебя за фамилия? Дэвидсон, как у мотоцикла? – сказала Джоди и сама же первая захихикала над своей шуткой.
– А ты занятная. Так надо мной еще никто не подшучивал. Харли Дэвидсон!
– Привет, привет, – сказал появившийся рядом с нами папа. Он явно не понимал, где ему сесть – с нами или со взрослыми.
– Пап! – укоризненно отозвалась Джоди, указывая кивком головы на преподавательский стол, затем улыбнулась Харли и заворковала: – Ну привет, привет, Харли-Не-Дэвидсон. Итак, это мой папа, моя мама сейчас готовит завтрак, а это моя маленькая сестричка Перл.
– Не такая уж маленькая, – заметил Харли, кивая мне.
– Ну и ты тоже верзила будь здоров, – сказала Джоди. – Сколько в тебе росту?