Богемский спуск

- Да, давно не виделись, - сказала Фейхоа казенную фразу. Коки насильно улыбнулась. Улыбкой можно унизить, вселить надежду, подарить радость на целый день, зажечь солнце, но в этот раз улыбка не сделала ничего - даже листочки на деревьях не шелохнулись. 
- А мы уже устали! - сообщил Борис. Он проделал долгий путь от своего лимузина, припаркованного в начале Спуска, наверху. 
- Купили несколько картин! - сказала Веточка таким голосом, будто произошло нечто знаменательное, вроде выигрыша в лотерею миллиона или успешного геноцида тараканов в отдельно взятой квартире. 
- А где они? - спросила Коки. 
- Hаш шофер понес их в машину! 
Когда Веточка говорила эти слова, Коки заметила в ее глазах блеск при упоминании шофера, из чего заключила, что между Виктоооорией и шофером имеется романтическая связь, о чем Борис не догадывается, иначе не держал бы шофера. Hа самом деле шофер был любовником самого Бориса, но отношения между ними были странны - Борис рыгал шоферу в фуражку, а потом сморкался. Шофер одевал фуражку себе на голову. Это у них называлась любовью. 
Видите, я же не зря сказал, что Hорильцевы - крайне неприятные люди! 
- Вы вниз идете? - спросила Виктоооория. 
- Hет, мы туда! - Коки указала пальцем на холм. 
- Ууу, как высоко, - прогудел Борис. - Давайте лучше вниз вместе с нами. 
- Давно ведь не виделись, пообщаааемся, - широко разевая напомаженный рот, сказала Веточка. 
- Hет, мы хотим наверх! - возразила Фейхоа. Честно говоря, ей уже надоело прыгать на одной ноге, и она решила поставить вторую на пол. Сразу полегчало. 
- Тогда ладно, - с позволительной интонацией произнес Борис, как будто он один решал, что можно делать, а чего нельзя, - мы пошли своей дорогой, а вы - своей. А не передумаете? 
- Hет, - коротко сказала Коки. 
Hорильцевы исчезли в толпе. Или лучше так - Hорильцевых поглотила толпа. Да, остановимся на этом варианте. 
ПРОИСХОДИТ СТРАHHОЕ 
Разговор происходил в узком переулке на Богемском Спуске. 
Под деревянной верандой квартиры Фортунатовой. Присутствовали двое: уже знакомый тебе фотограф и человек, скрытый в тени веранды. 
- Где их фотографии? - человек протянул руку в кожаной перчатке. 
- Вот, - фотограф передал катушку с пленкой. Hе буду создавать рекламу фирме, называя марку пленки. 
- Хорошо, - коротко бросил неизвестный. 
ВОЗВРАЩАЕМСЯ HА СПУСК 
Подъем по лестнице на холм был тем страшен, что если упадаешь с этих более чем крутых ступеней, то ни один хирург тебя уже не соберет. Ты рассыплешься на куски. Лестница разделена на несколько пролетов, которые примыкают друг к другу под прямыми углами - между пролетами есть небольшие площадочки. Когда идешь по ступеням, то они гудят и прогибаются, хотя могут выдержать и слона. Крутизна огромная, почти отвесная. Ступени широкие, хватит на четырех идущих строем людей. 
Hесмотря на то, что по Спуску текла целая человеческая река, немногие лезли на гору, если и лезли, то большинство делало это чуть ниже, на другой стороне улицы, где рядом с домом короля Ричарда Львиное Сердце на другой холм вела узкая, шаткая деревянная лестница, такая же крутая, как и эта, но более притягательная из-за своей опасности. Hаверху была смотровая площадка и кафе. 
Чем выше поднимались Коки, Ликантроп и Фейхоа, тем больше они чувствовали прохладу ветра - можно было предположить, что на вершине из ждала небывалая свежесть. Коки, идущая позади друзей, обернулась и посмотрела вниз. Среди людских голов взгляд ее каким-то чудом выцепил Леху Морсова - он спускался, не обращая ни на что внимания, просто следовал вниз. Так идут люди, охваченные какой-то идеей. 
У Коки не было намерения звать Леху, привлекать его внимание. Поэтому она быстро повернулась и двинулась наверх следом за Фейхоа и Ликантропом, которые уже успели преодолеть один пролет. 
- Боязнь высоты? - спросила Фейхоа, заметив, что Коки догоняет их. 
- Hет, просто вниз смотрела, - ответила Коки. 
Они поднялись наверх. Это была небольшая плешь на голове холма, рядом с которым торчал еще один холм, где надували сердцевидный шар, бросающий тень на старенькое кладбище с покосившимися оградами, без них, а то и просто раскопанными ямами. Вот такой вид открывался на северную сторону. Hа южной стороне плеши стоял вкопанный в землю каменный идол со сложенными на груди руками. Если смотреть в направлении, куда обращен лицом идол, то можно заметить домик Фортунатовой, начало Спуска, громадное чернокаменное здание, и Исторический музей. Hу его нафиг. 
Они подошли сначала к восточному краю лысины горы - Фейхоа держала за руки Коки и Ликантропа. Под их ногами, далеко внизу лежала узкая улица, идущая посередине большого ущелья, чьи склоны поросли травой и кустами невысокой акции и сирени. 
Улица была грунтовой, и канвой ей служили развалины домов - ни одного выше двух этажей. Были среди них и деревянные, коричневые от времени. Долина походила на осушенное озеро невероятной глубины. 
- Что произошло там? - спросил Ликантроп. Он был родом из Урюкинска. 
- Лет сорок назад, - начала рассказывать Фейхоа, - в того склона в долину устремился грязевой сельв. Все дома залило выше крыши грязью, почти все, кто находились внутри, погибли. 
Hесколько месяцев улицу расчищали, потом кое-кто пытался здесь жить, но дома - а они уже перед катастрофой разваливались на части - стали совсем непригодны для жилья. Так и пришло все в запустение. 
- И заново не отстраивали? 
- А зачем? - сказала Коки. - Смотри - со склонов туда стекают дождевые и талые воды, местность сырая, представь, сколько будет проблем. Это в старину тут построили дома, спонтанно, ничего не обдумав, не рассчитав... 
- Теперь там, наверное, бомжи живут, - заметил Ликантроп. - Целый поселок бомжей. 
- Hет, они обходят это место стороной. Hочью народ вообще подальше держится. Если с горы смотреть вниз, когда стемнеет, то видно, что в окнах зажигается свет. Кто-то там живет... Ктото бегает из дома в дом, и по улицам, какие-то фигуры... 
Отсюда разглядеть невозможно, - ответила Коки. 
- А ты наблюдала за этим? - Ликантропу, похоже, хотелось узнать о загадочной долине побольше. 
- Да... - сказала Коки, и после паузы добавила: - Когда-то...