Рассказы

Он запускает обе руки в полость под смокингом, хватается за что-то и рывком втягивает себя внутрь. Его смуглое растерянное лицо исчезает.
Детина вдруг моргает и встает с кресла.
— Эй, вы там! — гремит он. — Может, кто мне скажет, у нас тут вечеринка или еще что? А ну живей, а ну пошевеливайтесь…
Лица вокруг него проясняются. Люди придвигаются поближе.
— А сейчас мне невтерпеж послушать вот этот мотивчик!
Детина начинает ритмично бить в ладоши. Ему в такт бренчит фортепьяно.
Спустя немного в ладоши уже бьют все присутствующие.
— Интересно знать, мы еще живы или ждем не дождемся, когда нас подберет катафалк? Ну-ка повторите, что-то я стал туговат на ухо!
Под восторженный рев толпы он приставляет к уху руку.
— Валяйте да погромче, чтоб я расслышал!
Толпа неистовствует: "Пит, Пит!" — и бессвязные выкрики.
— Я не против Фреда, — искренне заверяет посреди этого ора лысый пучеглазого. — Мне почему-то кажется, что он славный малый.
— Знаю, о чем ты, — говорит пучеглазый. — Ну что вроде бы он это не нарочно.
— Вот-вот, — соглашается лысый. — Но, Боже праведный, эта его пропотевшая нижняя рубаха да и все остальное…
Пучеглазый пожимает плечами.
— Что же поделаешь.
И оба закатываются хохотом: детина скорчил уморительную гримасу — высунул язык, скосил глаза. "Пит, Пит, Пит!" Зал ходит ходуном. Вечеринка удалась на славу, и веселье, ничем не омраченное, бушует до поздней ночи.