Том 7. Изборник. Рукописные книги

Часть 21 из 59 Информация о книге
  «Час ночной отраден…»
     Час ночной отраден
 Для бесстрашного душой.
 Воздух нежен и прохладен,
   Тёмен мрак ночной.
 
    Только звёзд узоры,
 Да вдали кой-где огни
 Различают смутно взоры.
   Грусть моя, усни!
 
    Вся обычность скрыта,
 Тьмою скрыты все черты.
 Ночь – безмолвная защита
   Мне от суеты.
 
    Кто-то близко ходит,
 Кто-то нежно стережёт,
 Чутких глаз с меня не сводит,
   Но не подойдёт.
 
 
  «Чернеет лес по берегам…»
   Чернеет лес по берегам.
 Один сижу я в челноке,
 И к неизвестным берегам
 Я устремляюсь по реке.
 
  На небе ясная луна,
 А на реке туман встаёт.
 Сияет ясная луна,
 И кто-то за лесом поёт.
 
  О, ночь, единственная ночь!
 Успокоительная сень!
 Как пережить мне эту ночь?
 К чему мне свет? К чему мне день?
 
 
  «Мы скучной дорогою шли…»
   Мы скучной дорогою шли
   По чахлой равнине.
 Уныло звучали шаги
   На высохшей глине,
 А рядом печально росли
   Берёзки на кочках.
 Природа больная! Солги
   В колосьях, в цветочках.
 
  Обмана мы жаждем и ждём,
   Мы жаждем обмана.
 Мы рвёмся душой к небесам
   Из царства тумана.
 Мы скучной дорогой идём
   Вдоль скудного поля.
 Томительно грезится нам
   Далёкая воля.
 
 
  «Ты ко мне приходила не раз…»
   Ты ко мне приходила не раз
 То в вечерний, то в утренний час,
 И всегда утешала меня.
 Ты мою отгоняла печаль,
 И вела меня в ясную даль,
 Тишиной и мечтой осеня.
 
  И мы шли по широким полям,
 И цветы улыбалися нам,
 И, смеясь, лепетала волна,
 Что вокруг нас – потерянный рай,
 Что я светлый и радостный май,
 И что ты – молодая весна.
 
 
  «О, жизнь моя без хлеба…»
   О, жизнь моя без хлеба,
 Зато и без тревог!
 Иду. Смеётся небо,
 Ликует в небе Бог.
 
  Иду в широком поле,
 В уныньи тёмных рощ,
 На всей на вольной воле,
 Хоть бледен я и тощ.
 
  Цветут, благоухают
 Кругом цветы в полях,
 И тучки тихо тают
 На ясных небесах.
 
  Хоть мне ничто не мило,
 Всё душу веселит.
 Близка моя могила,
 Но это не страшит.
 
  Иду. Смеётся небо,
 Ликует в небе Бог.
 О, жизнь моя без хлеба,
 Зато и без тревог!
 
 
  «Камыш качается…»
   Камыш качается,
 И шелестит,
 И улыбается,
 И говорит
 Молвой незвонкою,
 Глухой, сухой,
 С дрёмою тонкою
 В полдневный зной.
 
  Едва колышется
 В реке волна,
 И сладко дышится,
 И тишина,
 И кто-то радостный
 Несёт мне весть,
 Что подвиг сладостный
 И светлый есть.
 
  На небе чистая
 Моя звезда
 Зажглась лучистая,
 Горит всегда,
 И сны чудесные
 На той звезде,–
 И сны небесные
 Со мной везде.
 
 
  «Он шёл путём зелёным…»
   Он шёл путём зелёным
 В неведомую даль.
 За ним с протяжным стоном
 Влеклась его печаль,
 Цеплялась за одежду,
 Хотела удержать,
 Последнюю надежду
 Старалась отогнать.
 
  Но тихие лампады
 Архангелы зажгли,
 Суля ему отрады
 В неведомой дали.
 И нежное дыханье
 В безрадостную тьму
 Блаженное мечтанье
 Навеяло ему.
 
 
  «Ты ничего не говорила…»
   Ты ничего не говорила, –
 Но уж и то мне был укор.
 К смиренным травам ты склонила
 Твоё лицо и кроткий взор,
 
  И от меня ушла неспешно,
 Вдыхая слабый запах трав.
 Твоя печаль была безгрешна,
 И тихий путь твой не лукав.
 
 
  «Своеволием рока…»
     Своеволием рока
 Мы на разных путях бытия,–
   Я – печальное око,
 Ты – весёлая резвость ручья;
 
    Я – томление злое,
 Ты – прохладная влага в полях,
   Мы воистину двое,
 Мы на разных, далеких путях.
 
    Но в безмолвии ночи,
 К единению думы склоня,
   Ты закрой свои очи,
 Позабудь наваждения дня,–
 
    И в блаженном молчаньи
 Ты постигнешь закон бытия,–
   Всё едино в созданьи,
 Где сознанью возникнуть, там Я.
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница