Том 5. Война. Земля родная. Алый мак. Фимиамы

  
Пылающий конь
 
 
 
  Там за рекою
 
  Грозный огонь.
 
Близко с грозой боевою
 
Мчится пылающий конь.
 
 
 
  В красной лампаде
 
  Красный огонь.
 
Что же молить о пощаде!
 
Близок пылающий конь.
 
 
 
  Грозные громы,
 
  Грозный огонь.
 
Вот, разрушающий домы,
 
Мчится пылающий конь.
 
 
 
  Блещет и льётся
 
  Красный огонь.
 
Сердце томительно бьётся, –
 
Близок пылающий конь.
 
 
  
Святой Георгий Победоносец
 
 
 
  Святой Георгий
 
  Победоносец
 
 
 
Идолам не поклонился,
 
Славу Господу воздал.
 
Злой правитель разъярился,
 
Палача с мечом призвал.
 
Меч тяжёлый раздробился,
 
И Георгий светел встал.
 
 
 
  Мечом тяжёлым
 
  Сражённый трижды,
 
  Воскрес трикраты
 
  Святой Георгий
 
  Победоносец!
 
 
 
Слёзы льёт народ в восторге,
 
Но тиран не вразумлён,
 
И в четвёртый раз Георгий
 
Умирает, поражён.
 
 
 
  Он Богом призван
 
  Для вечной жизни,
 
  Для вечной славы,
 
  Святой Георгий
 
  Победоносец!
 
 
 
И нетлением венчанный,
 
На горе небес стоит,
 
И на каждый подвиг бранный,
 
Ясно радуясь, глядит.
 
День победы, день желанный
 
Славным ратям он сулит,
 
 
 
  Святой Георгий
 
  Победоносец!
 
 
  
Восторги слёз
 
 
 
Вошла, вздыхая, в светлый храм,
 
Устало стала на колени.
 
Звучали царские ступени,
 
Синел отрадный фимиам.
 
 
 
Горели пред распятьем свечи,
 
И благостно глядел Христос.
 
Нe обещал он с милым встречи,
 
Но утешал восторгом слёз.
 
 
 
И Он терпел за раной рану,
 
И был безумными убит.
 
«Я биться головой не стану
 
О тихий холод тёмных плит!»
 
 
 
Стояла долго и молилась,
 
Склонившись у пронзённых ног.
 
Тоска в покорность претворилась:
 
«Да будет так, как хочет Бог!»
 
 
  
В лазарете
 
 
 
Вынес я дикую тряску
 
  Трудных дорог.
 
Сделали мне перевязку.
 
  Я изнемог.
 
 
 
Стены вокруг меня стали,
 
  С тьмою слиты,
 
Очи твои засияли, –
 
  Здесь, милосердная, ты.
 
 
 
В тихом забвении жизни,
 
  Зла и страстей,
 
Рад я вернуться к отчизне
 
  Вечной моей.
 
 
 
Но от меня заслоняя
 
  Муку и зной,
 
Тихой улыбкой сияя,
 
  Ты предо мной.
 
 
 
Тихо шепнула три слова:
 
  «Ты не умрёшь».
 
Сердце поверить готово
 
  В нежную ложь.
 
 
  
Генриетта
 
 
 
Генриетта, Генриетта!
 
Я зову.
 
Спряталась ли где-то
 
Ты в траву?
 
Стариков не видно,
 
Сад их нем,
 
Дом, – глядеть обидно! –
 
Кем разрушен, кем?
 
 
 
Генриетта, Генриетта,
 
Где же ты?
 
Помнишь это лето,
 
Как с тобою мы гуляли
 
В чистом поле и сбирали
 
Там цветы?
 
 
 
Где дорога
 
Вдаль вела,
 
У порога
 
Ты меня ждала,
 
Так светла и весела.
 
Генриетта, Генриетта,
 
Ты была легко одета,
 
В белый шёлк одета.
 
 
 
Жемчуг был на шее,
 
Но твоя краса
 
Жемчуга милее.
 
Ты беспечно улыбалась,
 
Звонко, звонко ты смеялась,
 
И в ту пору развевалась
 
За спиной твоя коса.
 
 
 
Ты любила быть простою,
 
Как весна,
 
Так светла душою,
 
Так ясна.
 
 
 
Мы играли,
 
Мы шутили,
 
Мы друг друга догоняли,
 
И ловили,
 
И сбирали
 
В это лето
 
Мы цветы.
 
Генриетта, Генриетта,
 
Где же ты?
 
 
 
Генриетта знала
 
Все дороги, все пути.
 
Где и как пройти,
 
Генриетта знала.
 
Ей пруссак сказал: «Веди!»
 
Генриетта побежала
 
Впереди,
 
Путь пруссакам указала
 
Под шрапнели,
 
На штыки,
 
Но убить успели
 
Генриетту пруссаки.
 
 
 
Генриетта, Генриетта,
 
Если есть у Бога лето,
 
Если есть у Бога рай,
 
Ты в раю играй.
 
 
  
Земля родная
 
Выбранные стихи
Земля, на которой мы родились, сладчайшая сердцам нашим родина, – и мы, на земле нашей рождённые, – между нами связь неистребимая. Родину даже изгнанник не забудет и в самой благополучной чужбине. Родная земля, какая она ни есть, она – моя. Она мила мне не потому, что хороша, а потому, что она – моя, родная, особенная, единственная. И если она убога, темна, если жить в ней трудно, – что ж! это – наше горе, наша тоска, но и тоска эта нам милее чужой радости, потому что в этой тоске – зов к подвигу, к живому деланию, к преображению жизни.