Рыжая проказница

— Согни колени, — попросил он.
Эверилл подчинилась, и он поцеловал ее. Он провел губами по ее губам один раз, потом другой, его бедра шевельнулись при этом, а плоть потерлась о ее лоно. Эверилл застонала и схватила мужа за плечи. Бедра ее стали двигаться, ступни вжались в постель. Кейд развел языком ее губы и проник в ее рот, а его плоть проникла в ее лоно. Эверилл задохнулась от наслаждения, которое доставила ей эта волнующая комбинация. Она запустила пальцы ему в волосы и стала выгибаться под его ритмичным натиском, приветствуя каждое его движение своим телом и сердцем. Наконец наслаждение ее достигло пика, и тело почувствовало освобождение.
Кейд прервал поцелуй, с его губ сорвался крик. Откинув голову назад, он ворвался в ее лоно в последний раз, а затем уронил голову и закрыл глаза, словно от боли. Легкий вздох сорвался с его губ, и он вышел из Эверилл и лег рядом.
Притянув ее на свою грудь, он устроил ее поудобнее и снова вздохнул — но на этот раз это был вздох наслаждения.
Эверилл с любопытством посмотрела на мужа и удивилась, увидев на его лице улыбку.
— Чему ты так улыбаешься, дорогой?
Улыбка Кейда превратилась в усмешку, и он сказал:
— Наконец-то я снова занимался любовью со своей женой. — Увидев, что от этих слов брови у нее полезли вверх, он добавил: — Со времени свадьбы прошло много времени.
— Да, — согласилась Эверилл, которая вдруг сообразила, что среди множества всяких перипетий это был первый раз, когда они действительно любили друг друга после свадьбы. Первый — но не последний.
— Я наконец-то чувствую себя дома, — пробормотал Кейд с сонным удовлетворением.
— Вы дома, милорд, — тихо сказала Эверилл. — Мы оба дома.
— Да, мы дома.
И он нежно поцеловал ее.