101 ночь. Утерянные сказки Шахразады

— Ну, как тебе это нравится, Абдаллах ибн Мухаммед из Кайруана? — обратилась она к нему. — Клянусь Аллахом, я никогда не выпущу тебя из этого замка. А еду и питье ты будешь получать от меня всегда, когда только захочешь.
На этом месте утренняя заря прервала Шахразаду, и она замолчала. А царь поднялся, восхищенный захватывающей историей, замкнул дверь, запечатал ее своей печатью и отправился в правительственные покои.
Пятая ночь
Так говорит Фахараис, философ:
И на следующую ночь пришел царь, сломал печать и спал с девушкой до определенного времени.
Затем воскликнула Данизада:
— Ах, моя сестра! Ах, Шахразада, рассказывай же нашему господину, царю, свои прекрасные истории!
— Я согласна, мой повелитель, а история эта продолжается так.
Десять дней провел юноша у девушек, ел и пил досыта изысканные кушанья и напитки.
На одиннадцатый день девушка снова обратилась к нему.
— Абдаллах, — сказала она, — я хочу тебя, а ты хочешь меня. Но то, чего мы желаем, должно случиться не раньше, чем я сделаю то, что должна. Я буду отсутствовать семь дней. После этого я вернусь, и тогда наконец произойдет то, чего ты так жаждешь. Но только при одном условии!
— И что же это за условие? — спросил юноша.
— Ты можешь свободно передвигаться по всему замку, повсюду, где хочешь. Только одно помещение тебе запрещено открывать и даже подходить к нему близко.
Она взяла с него обещание и удалилась вместе со своими спутницами.
Юноша остался в замке один.
Пять дней он провел за едой и питьем. На шестой день его охватили тоска и печаль. Юноша думал о том, каким покинутым он себя чувствует и как далеко его родина, и ему пришли в голову следующие стихи, которые он тут же произнес:
 
 
Как прошлое помнится ночью бессонной,
 
Чужбина — ходьба по углям раскаленным.
 
 
 
Но если Господь мне чужбину обрек, —
 
Пойду я туда, пред судьбой преклоненный. [1]
 
 
Шахразада рассказывала дальше:
Прочитав стихотворение до конца, юноша подумал: «Все равно мне не остается ничего иного — только смерть. Так что, именем Аллаха, я открою запретную комнату и посмотрю, что в ней находится. Жизнь мне опротивела!»
И он открыл дверь и вошел в запретную комнату. Там он не обнаружил никого и ничего.
— Клянусь Аллахом, это странно! — воскликнул юноша.
И когда он так стоял в удивлении, его взгляд упал на две могилы. Юноша подошел ближе и увидел, что на обеих могилах лежат мраморные плиты с выгравированными на них индийскими буквами. Он не понял ни слова.
Юноша присмотрелся внимательнее, и что же он там увидел? Между двумя могилами лежала железная плита с серебряным кольцом.
— Под этой плитой, конечно, есть лаз, который ведет на свободу, — обрадовался юноша. — Несомненно, это и есть причина, по которой девушка запретила мне сюда входить.
На этом месте утренняя заря прервала Шахразаду, и она замолчала. Царь поднялся, восхищенный ее захватывающей историей, замкнул дверь, запечатал ее своей печатью и отправился в свои правительственные покои.
Шестая ночь
 Так говорит Фахараис, философ: 
И на следующую ночь пришел царь, сломал печать и спал с девушкой до определенного времени.
Затем воскликнула Данизада:
— Ах, сестра моя! Ах, Шахразада, рассказывай же нашему господину, царю, свои прекрасные истории!
— Я согласна, — ответила та. — А история, мой повелитель, продолжается так.
И вот юноша подошел к плите, ухватился за кольцо и начал двигать его туда-сюда и трясти. Наконец кольцо повернулось и крышка открылась. Под ней юноша обнаружил лестницу. «Я туда спущусь, — сказал себе юноша. — Может быть, я найду там путь из замка на свободу». Он стал медленно спускаться по ступенькам. Но что это? Плита позади него вдруг опустилась, и он оказался в полной темноте. Юноша повернул обратно и нащупал плиту, но нашел ее закрытой и запертой. Как он ни дергал ее, как ни толкал, она не двигалась с места. Тогда юноша решил, что умрет.
— Значит, здесь я приму смерть, и это место будет моей могилой, — вздыхал он, раскаиваясь в том, что сделал.
Затем юноша спустился по лестнице до самой последней ступеньки. Неожиданно он оказался в просторном зале. Юноша решил пересечь его и, поскольку видел светившиеся вдалеке огни, пошел на них. При этом он слышал непрерывный шум и гул.
Наконец юноша пересек пещеру и оказался возле выхода. Отсюда его взору открылся луг, от склонов которого струился мускусный аромат, или это была скорее амбра, наполнявшая воздух. Юноша пошел через луг и увидел речную долину, выглядевшую как нетронутый уголок природы, с обильными плодами и деревьями. Он посмотрел на реку и увидел лодки, в которых сидели девушки, прекрасные, как полная луна. Они держали в руках цитры, лютни и лиры, а также ручные цимбалы. Девушки танцевали с распущенными волосами. На них были одеяния из пестрого, затканного золотом шелка. На берегу реки стоял шатер из белого шелка, закрепленный веревками из белого и красного шелка и колышками из чистого золота.
Неожиданно углы полога приподнялись и стала видна постель, на которой сидела девушка, более прекрасная, чем все, ходившие по земле. Вокруг нее стояли сорок девушек, все они были одеты в такие же платья с вытканными на них изображениями, и волосы у них были распущены. На голове девушки была корона, усеянная рубинами.
На этом месте утренняя заря прервала Шахразаду, и она замолчала. Царь поднялся, восхищенный захватывающей историей, запер дверь, запечатал ее своей печатью и отправился в правительственные покои.
Седьмая ночь
 Так говорит Фахараис, философ: 
И на следующую ночь пришел царь, сломал печать и спал с девушкой до определенного времени.
Затем воскликнула Данизада:
— Ах, сестра моя! Ах, Шахразада, рассказывай же нашему господину, царю, свои прекрасные истории!
— Мой повелитель, — сказала Шахразада, — история эта продолжается так.
Когда девушки увидели юношу, выходящего из пещеры, поднялся крик на всю окрестность. Девушки убежали к лодкам и поплыли на другую сторону реки. Там, на противоположном берегу, находился город, построенный из пиленого туфа и тесаного мрамора. Юноша принялся издалека рассматривать этот город, и, пока он так стоял и смотрел, он вдруг оказался в окружении сорока рабов в белых одеждах с расшитыми золотом поясами.
— Эй, ты! Ты кто такой? — закричали они ему. — Ты человек или джинн?
— Да нет же! — попытался успокоить их юноша. — Я человек!
Но они схватили его, отвели в город и доставили к царю.
— Кто он? — осведомился царь.
— Мы схватили его на открытом месте, — доложили рабы, — и притом прямо перед пещерой ифритов.
Услышав это, царь очень обрадовался и попросил юношу рассказать свою историю, которую тот сразу же ему и поведал. После этого царь сказал:
— Ты человек, который явился мне во сне. Мне приснилось, что именно тебе и никому другому я передам свою царскую власть, и ты ее примешь.
— Поступай так, как желаешь, о царь, — ответил юноша.
Тогда царь позвал к себе самых уважаемых людей из своего народа и торжественно заключил брак между юношей и своей дочерью. Вслед за этим он устроил большой праздник.
Юноша жил при царе до тех пор, пока тот не умер и он не унаследовал его царство. Новый царь установил в стране порядок, позаботился о благополучии своих подданных и тогда послал за своей матерью. Когда она прибыла, юноша продолжал жить так же, досыта ел и пил царские кушанья и напитки, пока не настигла его кончина.