Dirty Dancer (СИ)

 "Быстрее! Ты нужен мне сейчас".
 Начинает кондраёбить, ладони мокнут, а щекам жарко становится.
 Одно в висках бьётся.
 Убью, нафиг.
 Только бы никуда не съебался, говнюк! Тогда точно убью.
 Кое-как одеваюсь, в спешке натягиваю оставшиеся вещи, полотенце вместе с вонючей, мокрой от пота майкой отправляется в шкафчик, и едва не ломаю ключ, щёлкнув замком только с четвертой попытки.
 Блять!
 Защемил ладонь острой металлической кромкой, и теперь царапина кровоточит, неторопливо наливаются алые капли и, став единой линией, стекают под рукав. Да и хер бы…
 Киваю охраннику на выходе и, проигнорировав занятый лифт, сбегаю по ступенькам вниз. Пока ловлю такси, прикидываю, что произойдёт раньше: поседею или начну интересоваться мешками для мусора нестандартного размера.
 ***
 Орудует на кухне.
 Не разуваясь, прохожу, дёргая замок на молнии куртки, и сразу жарко становится – духовка работает. А на конторке как минимум три разделочные доски. Чеканит ножом, нарезая твёрдый сыр, и выглядит настолько нормальным, насколько вообще может.
 Останавливаюсь у стены, и похеру, что неудобно, складываю руки на груди.
 Крутится между плитой и рабочей поверхностью, замечает меня, только когда поворачивается, отреагировав на щелчок вскипевшего чайника. Улыбается, словно извиняясь, а глаза так и сверкают, когда глядит на меня поверх толстой оправы, и брови почти сходятся.
 Мой взгляд. Перенимает мимику всё же, осознанно или нет, хуй бы его знал.
 – Что за хуйня? – интересуюсь почти растерянно.
 Сбил меня с толку. Слишком уж он собран. Движения чёткие, словно нарочно цепляется за каждое, отвлекаясь от чего-то.
 – Я думал, ты мне расскажешь.
 – Я?! Это не я устроил смс-атаку. И знаешь…
 Шаги за спиной. Достаточно лёгкие, чтобы принадлежать Джеки, но я невольно подбираюсь, чтобы после увесистого тычка под рёбра от кого-то из ребят ответить хорошим броском. Может, тогда и понятнее станет, заодно подправлю рожу дебилу, решившему шуткануть про подобное дерьмо.
 Но вместо кулака по моей куртке вкрадчиво проходятся тонкие пальчики. Ведут по лопаткам и останавливаются на плечах.
 И запахом словно обволакивает. Кажется, этот ёбаный аромат сладких женских духов будет ассоциироваться у меня с тихой паникой и ожившим кошмаром. Кошмаром с точёными ноготками и всегда безупречной укладкой. Кошмаром, который сейчас недвусмысленно упирается своим огромным животом в спину.
 Сглатываю и даже пошевелиться не могу.
 Взглядом кое-как натыкаюсь на лицо Кая и догоняю, наконец. К чему все эти идиотские смски.
 – Припёрлась всё-таки.
 – Ну ты же не берёшь трубку, – отвечает с каким-то удовольствием в голосе даже, затаённым злорадством или торжеством. Хер угадаешь. Я бы попробовал, если бы меня это всё ещё ебало. Хоть каплю.
 Проводит ладонью по рукаву и, придерживая живот, проходит вперёд, к Кайлеру, устраивается за столом, уложив ноги на соседний стул.
 – Пластика?
 Молчим.
 Кайлер отворачивается к плите. То ли от духоты воздух рябит, то ли у него дрожат плечи. Не могу разобрать.
 Не заламывает руки и не спрашивает, почему не сказал. Не устраивает сцен и не требует объяснений. И я чертовски благодарен ему.
 Хочу вышвырнуть эту суку, за волосы утащить в коридор и пару раз немного не рассчитать у дверных косяков.
 Улыбается мне и посылает воздушный поцелуй.
 – Ты в порядке, дорогой?
 – Заткнись, пожалуйста. Заткнись и подумай о том, что у мальчишки не хватит сил меня оттащить.
 Кай быстро оборачивается, смотрит на меня через плечо и, поправив очки тыльной стороной ладони, возвращается к своему занятию.
 – Прекрати выделываться, Рэндал. Я не за этим сюда ехала.
 Скомканная куртка летит в коридор. Становится полегче. Рукава толстовки закатываю до локтей.
 Сигарету бы ещё, и, возможно, тогда я бы смог понять, какого хера так спокоен Кайлер, по сути, только что узнавший, что я бегаю от сильно пузатой женщины, которую когда-то трахал. Они наверняка успели поболтать, и ничего из того, что могла бы рассказать ему Джейн, меня не радует.
 И у меня совсем нет… Нет нужных слов. Ни для неё сейчас, ни для него.
 Когда две мои вроде бы как реальности встретились, столкнулись лоб в лоб, я не знаю, что сказать. Как из себя выдавить хоть что-нибудь?
 Совсем старым себя чувствую.
 Нож всё так же отбивает чёткий ритм, встречаясь с твёрдой деревянной доской. По две доли. Метрономом отмеряя такты в моих мыслях.
 Чёлка ко лбу липнет.
 Он режет.
 Она молчит.
 Кайлер не выдерживает тишины первым:
 – "Не переживай, сладкий, мы не претендуем на твоего папочку", – небрежно перевирая интонацию, проговаривает, не поворачиваясь, и я не сразу понимаю, о чём он. А когда доходит…
 Локомотив с того, что у приличных христиан именуется душой, сваливается. На мгновение.
 Кулак врезается в столешницу с такой силой, что дерево трещит, а у меня мутнеет в глазах от подступившей к горлу мутной волны ярости и тупой, лизнувшей костяшки боли.
 Словно только этого и ждала. Улыбается, глядит снизу вверх, и ни капли страха или удивления во взгляде.
 Знала, сука, просчитывает меня, без особого труда предугадывая дальнейшие действия.
 – Тогда какого хера она жрёт мои мозги?! Погоди-ка, тогда, выходит, что незадачливый папашка - это?..
 Надувает губы и строит обиженное лицо, да так словно ей пять лет, а сюрприз в коробке под ёлочкой оставил не Санта, а вредный кот.
 – Нет, не угадал. Ещё попытка?
 И тут меня пробивает. Пониманием. Для чего ей это всё.
 Это же так весело, правда? Посмотреть на то, как я буду ссаться кровью и волосы на ногах драть от ужаса при одной только мысли, что могу быть связан с подобной мразью на всю оставшуюся жизнь. Посмотреть, как буду метаться, из стороны в сторону рыпаться и…
 Ложка падает.