Лемминг Белого Склона (СИ)
Форни только сплюнул под ноги, кликнул братьев Тенгильсонов и с их помощью увёл трясущегося Кьятви прочь. Завыл рог, созывая стаю. Вожак обвёл полным пожара взором своё перемазанное кровью, грязью и потом войско:
- А теперь, братья, мы наконец-то по-настоящему пойдём грабить!
И добавил:
- О, Хаген, какая у тебя красивая кольчужка. Ты в ней такой нарядный...
- Рати, сбегай к Бьёлану, спроси, не нужна ли помощь и что у него там вообще происходит. А ты, Самар, разыщи Ньёрун - с тем же делом. Люди Мара удрали? А и хрен с ними. Нашли его тело? Нет? Искать. Энгуль, Модольф - займитесь!
- Нет больше Энгуля, - тихо обронил Фрости, - повеселился на славу.
- Тогда братья Вестарсоны...
- Нет больше братьев Вестарсонов, - эхом откликнулся Сигбьёрн.
- Кого ещё нет? Орм?
- Иринг Алмарец, - сорванным о приказы голосом прохрипел Орм Белый, - Торвид Морж, Ярнсети Днище, Сьярек Селёдка, Берси Китобой... Прочие пока живы.
- Восьмеро за пару-тройку сотен? - горько усмехнулся Арнульф. - Я думал, будет хуже! Модольф, Свегдир, отыщите всё-таки Мара и прочих наших павших. А вы, волчата, принесите побольше щитов да копий! Лейф, поди сюда.
Линсеец подошёл, опираясь на сломанное копьё. Через лицо тянулся свежий порез.
- Я гляжу, твоему носу не везёт, - усмехнулся Седой, - как рука? Шевелить можешь?
- Халльдор дал мне лиф-стейн, а Форни положил его в лубок и заговорил, - благодарно кивнул юноша, - перелом меня не беспокоит.
- Это пока молодой. Как Бьярки, держится? На него не находило безумие?
- Копьём тычет, как в бабу, но пену не пускает.
- Это хорошо, что не пускает... - задумчиво проронил Арнульф. - Ладно, ступай.
Вот принесли тело Мара Тощего - он по смерти стал ещё худее, - а с ним его оружие и секиру Атли Ястреба. То был добротный твенскегг, короче, легче и ухватистей, чем Хродгарова "ведьма щитов". Его при сноровке можно было держать и одной рукой. Арнульф осмотрел секиру и подозвал Бьярки:
- Ты предпочитаешь меч или топор?
- Я не владею ни тем, ни другим, - честно сказал юноша.
- Тогда держи, - и протянул ему твенскегг, - этой секирой сражался сам Атли Ястреб с острова Клиндтхольм! А ну, сделай свирепую морду. Нет, не так! О, вот это дело. Теперь зарычи...
Бьярки смутился было, но потом понял, что вождь не шутит, и весьма сносно изобразил припадок боевого безумия. Аж губу прокусил. Все глазели да хохотали.
- Сейчас мы полезем в глубокую задницу, - пояснил Арнульф, - в которой водятся черви. Хочу, чтобы ты их перепугал, и нам не пришлось пачкаться сверх меры. Сможешь?
- Думается мне, - проворчал Слагфид из Бьёрндаля, - пачкаться всё равно придётся.
- Охотник! - ухмыльнулся Седой. - Скажи-ка, ты можешь стрелять на звук? Там будет темно.
- Сильно темно? - деловито спросил Слагфид.
- Как в заднице, тебе ж северным языком говорят! Ладно. Хаген, Торкель, Лони, Слагфид, Бьярки, Хравен, Кьярваль - вы со мной. Кетиль, тащи сюда свой плоский зад, он тоже нам пригодится. Прочие - идите на площадь перед хольдом и делайте вид, что вам очень весело. Всем одеть броню и носить щиты. Сделайте вид, что хотите штурмовать цитадель, но не штурмуйте, всё равно ничего не выйдет. Отвлекайте их, пока не дам знак. Тогда ломите в двери, как овцебыки. Все видели овцебыков? Вот так и ломите! Орм - за старшего.
- Я с вами, - заявил Хродгар.
- В другой раз, Тур, - улыбнулся вождь, - от тебя в тесноте толку не будет. Уж поверь.
Хродгар кивнул бритой головой и пошёл искать себе броню по размеру.
- А какой знак, Арнульф Иварсон? - осведомился Орм.
- А какой знак, Хравен Увесон? - спросил вождь колдуна.
- А чёрный ворон прилетит и в клювике принесёт, - рассмеялся сейдман.
Эрвингард, как и всякий порядочный город, управлялся советом, громко именовавшимся Эрборгенрад. Избирались туда самые зажиточные и уважаемые люди. Совет заседал в Радасаллире - роскошных палатах на серединной городской площади. Там же возвышался хольд - обомшелая пузатая башня под остроконечной черепичной шляпой. Ныне туда набились, как сельди в бочку, те самые зажиточные и уважаемые советники с домочадцами да вооружённой челядью, дрожа от страха, но больше - от изумления и возмущения.
Никто, никогда не осмеливался грабить их город!
Охраняла Эрвингард, как положено, городская стража во главе с херсирами - по сотне на фьёртинг, или четверть. Херсир южного фьёртинга погиб ещё в начале нападения, северного - чуть позже, в стычке с людьми Бьёлана Тёмного: предводителя стражей случайно подстрелил Рэфкель Лосось, после чего доблестные ополченцы разбежались. Охрана восточной четверти напоролась на восставших рабов и щитовых дев. Последним почти не пришлось участвовать в сражении: трэли взломали стену щитов, щедро оплатив этот успех, но херсир успел перестроить ряды, сам стал во главе клина и переломил ход битвы, превратил её в резню. Рабы дрогнули, бежали на корабли. Ньёрун их не остановила - незачем: три четверти ополчения восточного фьёртинга вымостили телами улицы родного города. Валькириям осталось лишь добить оставшихся. Херсир же западного округа оказался более удачлив: успел собрать людей и без особых потерь добрался до хольда, где и занял оборону.
Всё это Рати и Самар поведали Орму по возвращении.
- Скверное дело, - мрачно заметил Орм, - нас на площади ждёт больше сотни, а перейдут в наступление - нам не придётся делить добычу. Скверно, скверно... Что же делать? Сколько нас вообще осталось? Семнадцать! Сиськи Кэльданы, семнадцать против сотни! - племянник Сигурда ярла, отважный герой и неотразимый красавец, муж благородный, зашёлся в безумном хохоте. Его прекрасные синие глаза покраснели и слезились.
Викинги молча переглядывались. Опускали взоры. Стыд и тревога леденили сердца.
Наконец Унферт Алмарец отвесил Орму звонкую плюху.
- Спасибо, - сказал Белый, потирая щёку и вытирая лицо.
- Идём и погибнем, - решительно заявил Рагнвальд, - затем и приехали...
- Нет нужды, - возразил Унферт, - они не знают, где мы и сколько нас. Это первое. Второе - нас ведь больше семнадцати. Ну, на острове.
- Думаешь позвать на помощь девиц да Бьёлана? - с сомнением проговорил Орм. - Ударить с трёх сторон одновременно, хм... Рати, Самар - бегите обратно, скажите...
- Не гони оленей, - бросил Дрогвар Хмурый, - Арнульф запретил Бьёлану бросать ворота без присмотра, и не думаю, что он ослушается, пусть бы даже ты ему повелел, Орм Эриксон.
- Никто не говорит, чтобы бросать ворота, - заметил Унферт, - пусть оставит там пару человек - много ли надобно, чтобы напугать горожан? Решай, Эриксон!
- Чего там решать, - махнул рукой Орм. - Бегите, парни, да поживее! Скажите старшим, чтобы двигались на хольд, но пока не дам особый знак рогом - в битву не лезли. Ну, ходу...
...Бьёлан долго упирался, но Рэфкель обвинил его в нерешительности - мол, вы, геладцы, больше похожи на покорных собак, чем на бесстрашных волков, и мало цените соратников, но слишком боитесь гнева вожака! На это Тёмный пробормотал нечто ругательное на своём языке, выставил стражу на воротах и двинулся с остальными на юг.
Орм же дождался возвращения гонцов и приказал изготовиться к бою.
- Эти скотоложцы стали вокруг башни да в окрестных домах. Наше дело - выманить их на площадь, чтобы прочие могли ударить им в спину. Также следует поджечь крышу вон того дворца, - Белый указал на Радасаллир. - Свегдир, займись этим, у тебя и прозвище подходящее.
Свегдир Ожог удивился:
- А как?
- А штевнем об косяк, - усмехнулся Орм. - Сам знаешь, как. Сумел в Арильоне - и тут сумеешь. Хродгар, Лейкнир, Рагнвальд, Утред - striП ok bakki, сможете? Щиты за спину! Остальным - сомкнуть скельдборг! Спьоты - на плечо! Fram!
"Fram" - значит "fram": вперёд на врага, и будь что будет.