Акция "Ближний Восток"

46
— Это правда?
— Что?
— Что ты меня любишь?
— Ну-у-у… — Душа закоренелого холостяка боролась до последнего.
— Правда?!! — притянула к себе Олежку Жасмин.
— А если нет, ты меня отпустишь? — на всякий случай спросил Молотков.
— Нет! — отрезала принцесса.
— Тогда правда, — сдался лейтенант.
Страстному поцелую помешал дикий вопль первого верблюда, вонзившегося в то место, где они только что стояли. Влюбленные едва успели увернуться.
— Это к дождю, — успокоил разочарованную Жасмин лейтенант.
— Какому дождю? — не поняла принцесса.
— С градом. Видишь, тучка на горизонте, и верблюды низко летают…
Рядом в песок вонзился еще один верблюд. Олежка и на этот раз успел отдернуть в сторону Жасмин. Когда просвистел третий, до увлекшегося принцессой лейтенанта дошло.
— Слушай, а там горячо… Надо к Папе!
— Да, с папой пора разобраться, — сразу помрачнела Жасмин, вынимая кинжал. — Нет, не могу, — заплакала принцесса, — он же мой отец!!!
— Кто, Папа?
— А кто еще?
— Во дает!!! Когда только успел? — поразился лейтенант.
— Что?
— Ну… тебя в смысле… ему всего… вообще-то за сорок уже!
— Кому?
— Папе.
— Ну ты сказал! Да он уже сам не помнит, сколько ему… от самого царя Соломона колечко получал. Видишь замок? — простерла руку вперед Жасмин.
— Ну?
— Это замок моего отца. А вон тот синенький, — ткнула она пальцем в рвущуюся на верхушку стены голубую фигуру, — он самый и есть. И сейчас я ему покажу, как меня в одиночку сажать и детей воровать! Пи-и-и…!!!
Принцесса, яростно размахивая ножом, рванулась на штурм, выискивая глазами фигурку отца, который полз, падал, поднимался, стряхивал снег со своей лысой головы и снова упорно полз. Кольца Соломона у него уже не было. Безумство, творящееся на стенах, король джиннов остановить не мог, но он все равно поднимался вверх в тщетной надежде найти и прикрыть своим старческим телом детей. Телом, которое он по собственной глупости лично лишил магической силы.
— Так я тебя одну и отпустил, — хмыкнул лейтенант, догоняя принцессу. — Ножичек отдай…
— Еще чего!
— Жена да убоится мужа своего…
— Я тебе еще не жена!
— Не отдашь — и не будешь. Ни еще, ни уже…
— Р-р-р…
Пока Жасмин обдумывала странную фразу возлюбленного, он деликатно ее обезоружил, столкнул в сугроб у основания штурмуемой крепости и заодно поймал Ад-Димирияту, в очередной раз пикирующего вниз.
— Папа, сваливаем, — сказал он королю джиннов, — сейчас нам будет очень плохо.
— Почему? — полюбопытствовал Ад-Димирияту.
— Потому.
Сугроб зашевелился. При виде выползающей оттуда разъяренной Жасмин король немедленно впал в панику.
— Куда валить? — затрепыхался он на руках потенциального зятя.
С треском рухнула стена. Из пролома вылетела чайхана с истошно вопящим на крыше Чебурашкой.
— Я сказал назад!!! Всех уволю!!!
— Есть Господь на небе, — обрадовался Молотков, ныряя в пролом. — Стратегия и тактика великая вещь. Спорим, за нами побежит?..
Крепкий кулачок Жасмин достал юного стратега уже в тронном зале. Будущий жених вместе с папашей раскатились по разным углам. Однако тактический маневр все же удался. Из-под обстрела он их вывел.
Задержись Олежка с Жасмин на гребне бархана еще хотя бы на одну минуту, увидели б, как маленькое облачко на горизонте превратилось в гигантскую тучу. С севера на дворец короля джиннов двигались ВВС Тридевятого.
— Орлы, — визжала с Горыныча Баба-яга, — пленных не брать!
— Всех порвем!!! — ревели черти, болтаясь под фюзеляжами летучих обезьян.
— Ни в коем случае! Там есть свои! — вносил коррективы в эмоциональную речь старушки Маэстро.
— И своих порвем!!! — соглашались нечистые силы Тридевятого.
Акция «Ближний Восток» вступала в завершающую фазу.