Огненный зверь
Он молчал с того самого момента, когда нашли первое тело. Молча ждал, когда Егор наплачется. Молча вырвал из рук «Сайгу», когда Ветров вдруг уткнул себе в подбородок ствол. Молча помогал заворачивать тела в простыни. Молча тащил их в сани, что стояли в сарае за домом. И теперь молчал, не отходя от мужика, способного на новую попытку вынести себе мозги.
Егор сделал затяжной глоток, мерзкий самогон лился в горло, как вода. Он вздохнул и протянул бутылку незнакомцу.
— Нет, благодарю, — мотнул тот головой, продолжая прижимать к лицу снег.
Это были его первые слова после того, как нашли трупы.
— Помянуть надо. Выпей… — тихо прохрипел Ветров.
— Как помянуть? Не похоронены ведь еще…
— Черт тебя дери! Ты можешь просто со мной выпить?!
Незнакомец скривился, принимая бутылку. Отхлебнул чуть-чуть и закашлялся. Затем вернул сосуд хозяину.
— Тебя как звать-то хоть?
— Мустафа, — ответил гость, занюхивая выпивку снегом.
— Я Егор… Спасибо, Мустафа. — Ветров запрокинул голову и влил в себя очередную порцию самогона.
Шум в лесу уже стих, зато раздавались голоса совсем рядом с домом. Вот топот ног на крыльце. Открылась дверь.
— Я же говорил, что он здесь!
В комнату вошло с десяток человек. Все столпились у двери, уставились на чужака.
— Чего? — Мустафа Засоль поднял на них непонимающий взгляд.
— Так это он притащил сюда нечисть?! — рявкнул кто-то из вошедших.
Молчание сразу разорвали гневные возгласы:
— Да!
— Точно он!
— Урод, за ним эта тварь сюда пришла!
— Да! Да! Егор! Что ты его поишь?! Это из-за него все!
Вытянув шею, Мустафа недоуменно озирал мужиков.
— Братцы, да вы все ума лишились, что ли? Как я мог эту тварь сюда привести?! Я сам еле ноги унес!
— Вот именно! Она гналась за тобой, и ты привел ее сюда!
— Да что базарить с ним? Вздернуть сучонка, и всего делов!
— Правильно!
Засоль нервно дернул головой, поворачивая ее к Егору. Тот молча смотрел в пустоту. Ему сейчас не было дела до какого-то чужака. Подавленный горем, он и сам мог поверить в то, что семья его брата погибла по вине Мустафы.
— Да вы тут от страха последние мозги растеряли! — воскликнул Засоль.
— Рот прикрой, э!
Люди стали надвигаться на Мустафу, но тут в помещение вошел еще один человек. Двухметровый, плечистый, светловолосый и коротко стриженный, он громко сопел, стряхивая с шапки снег.
— А, вот ты где, братка, — кивнул он, увидев Мустафу и возвратив шапку на голову.
— Ты еще что за хрен? — Толпа линчевателей обернулась к вошедшему.
— Эй, мужики, а не я ли только что вам помогал деревья горящие валить? — нахмурился тот, запустив руку в карман камуфлированного бушлата.
— И что дальше? Знаешь этого урода, что зверя сюда привел? Кто ты такой?
Раздался щелчок, и великан вытянул перед собой руки, от которых все дружно отшатнулись.
— Кто я такой? Я тот псих, у которого граната в одной руке и чека от нее в другой.
Он не блефовал, а действительно демонстрировал всем присутствующим гранату Ф-1 защитного цвета. Только прижатый к корпусу рычаг не давал ей взорваться.
— Итак, господа, — продолжал светловолосый великан, — вы сейчас разойдетесь по домам отдыхать. А кто будет продолжать нелепые наезды на моего друга и предъявлять ему идиотские претензии, тому я засуну эту штуку в задницу и сделаю так, чтобы самому захотелось поскорее взорваться. Вам все ясно?
Опешившие мужики молча переглядывались.
— Ответа не слышу!!! — заорал великан так, что все, даже Мустафа, вздрогнули.
Только Егор по-прежнему неподвижно смотрел в пустоту.
Односельчане повернулись к нему, явно не зная, как теперь быть и что случится с Ветровым, если они сейчас уйдут.
Человек с гранатой видел их смятение.
— За хозяина дома можете не переживать. Я никому не причиняю вреда, если меня не провоцировать. А он тут, по-моему, единственный, кто не собирается свой страх вымещать на человеке, который не при делах. Все, теперь валите отсюда на хрен!
— Уходите, — пробормотал Ветров.
Видимо, до его сознания достучалась суть происходящего, а еще он понял, что от его слова сейчас зависит многое.
Притихшие люди, еще несколько минут назад полные решимости покарать за свои беды первого встречного, стали покидать жилище Егора.
Когда наконец в помещении остались только трое, великан вернул чеку на место и сунул гранату в карман.
— Это Иван Булава, — указал Мустафа хозяину дома на нового незнакомца. — Корешок мой.
— Егор, — угрюмо кивнул мужик.
— Там, из разговоров местных, я понял… — Иван вздохнул. — В общем, мои соболезнования.
— Спасибо…
— А я уж, грешным делом, подумал, что ты — всё, — невесело усмехнулся Засоль.
— Да типун тебе на язык, окаянный, — нахмурился Булава и, найдя глазами свободный стул, придвинул его к столу и уселся. — Н-да. Ну и ночка.
— Жеребца моего видал? — спросил Мустафа.
— Чего? — поморщился Иван и после недолгой паузы кивнул: — А, ты про коня…
— А ты о чем подумал, бродяга? Я бы понял, если Паша…
— Да моя кобыла тоже деру дала с перепугу. Пешие мы теперь. Все-таки с рейтами куда проще. Не пугаются ничего, кроме нехватки масла в движке. Только знай бензин подливай.
— Ага. Зимой — да на рейтах. — Засоль скептически покачал головой.
— Слушай, хозяин… Егор, — обратился к Ветрову Булава, — ты уж извини, что мы тут…
— Выпьешь? — Егор кивнул на бутылку.
— Сугубо из уважения… Только надобно нам решить один вопрос. Есть тут где остановиться?
— Домов покинутых хватает. — Ветров пожал плечами. — Но мы для того и остались, чтобы сторожить их от разорения. Наши ведь вернуться надеются. Ну… у меня дом большой. Хотите, поживите тут.
— Спасибо, хозяин. Сколько возьмешь с нас?
— Не надо ничего… — вздохнул Егор. — Помогите только моих схоронить. Земля промерзлая. Тяжело копать…
— Будь спокоен, хозяин. — Иван похлопал Ветрова по плечу. — Все сделаем.
— Угу… И на сколько вы хотите остаться?
— Да пока тварь не одолеем.
Ветров поднял свой взгляд на Ивана, пристально по смотрел в глаза:
— Какую тварь?
— Да ту самую, что ты сегодня видел. Огненную…
Глава 4
ОАЗИС
На аэродроме царила суета. Прибытие самолета было явлением не таким частым, как в довоенном прошлом, даже несмотря на то что действующие аэродромы по всей Европе теперь можно было пересчитать по пальцам. И самолетов осталось мало, и корпораций, владеющих Оазисами с аэродромами. А еще меньше осталось топлива, необходимого для полетов.
Корпорация РПП — Ржечь Посполита Польска — являлась одним из обладателей действующего европейского аэродрома. В основном он служил перевалочным пунктом для торговых трасс между Оазисами Скандинавского полуострова, довольно крупного Оазиса Ост-Европейской компании, или ОЕК, в бывшей Британии и Оазисами юга Европы. За предоставление своих услуг Сопотский аэродром получал неплохие дивиденды в виде самых разных товаров, транзит которых проходил по данному маршруту. Сам город Сопот в прошлом не имел аэродрома. Летное поле было оборудовано уже после войны и Великой Смуты в портовом районе соседнего города Гданьск, разрушенном ядерным взрывом малой мощности. Крылатая ракета прилетела с одного из кораблей, вовлеченных в мировой конфликт, который изменил земную цивилизацию до неузнаваемости.
Корпорация восстановила и порт, ставший отличным подспорьем в качестве еще одного перевалочного пункта на морских торговых путях. Хотя здесь существовал неприятный фактор в лице пиратов, чьи базы находились где-то в районе Пенемюнде и на острове Борнхольм. Пираты ощутимо мешали морским грузоперевозкам. С другой стороны, авиарейсы обходились значительно дороже из-за дефицита топлива и высокой стоимости авиационной инфраструктуры как таковой.
К слову сказать, корпорации РПП удалось в свое время практически невозможное. Дело в том, что государство Польша, на чьей территории находился Оазис, включающий в себя Сопот и бывший Гданьск, в недавнем прошлом оказалась одной из приоритетных целей для ядерных ударов из-за наличия там систем американской противоракетной обороны. Естественно, другой стороне необходимо было гарантированно вывести из строя эту систему. Что и было сделано в первую очередь. А поскольку в той войне, на определенном ее этапе, применение ядерного оружия стало не исключением, а нормой, несложно себе представить, какая судьба постигла это небольшое государство.