Визит (СИ)

 Тит затравлено оглянулся вокруг.
 В баре воцарилась тишина.
 Кто-то выключил музыку, а может она сама отключилась под воздействием магических сил.
 Дьявол молчал, не сводя зловещего взгляда с побелевшего лица главаря. Молчали байкеры, не зная, что предпринять
 Тит нашел решение.  В зверином крике, в котором скорее звучало отчаяние и ужас, чем боевой рык, ринулся к приоткрытым дверям, в надежде скрыться и затеряться в ночи.
 На секунду, глаза Амона ярко вспыхнув, опять обрели прежнее мягкое сияние.
 - Ты мой! - воскликнул дьявол, протягивая раскрытую ладонь к двери. Повинуясь его воле, с громким стуком она захлопнулась, отрезая их от внешнего мира. Звук пронесся по бару, заставив вздрогнуть присутствующих, ибо, это был звук, который ни один человек, никогда в жизни не пожелает услышать.
 Звук закрывающейся крышки гроба.
 Звук удара молотка по гвоздю входящего в дерево.
 Звук конца.
 Тит в порыве безумия кинулся на дверь, но она даже не дрогнула от удара двухметровой туши. Ручка не желала поворачиваться, казалось, дверь замуровали, настолько неприступной она была.
 - Мой, - повторил дьявол, приближаясь к вжавшемуся в стену Титу.
 - Эй! Ребята! Какого черта он тут хозяйничает! Покажем ему, что он нарвался не на простаков! - выкрикнул чей-то голос.
 Возмущенно зашумев, толпа двинулась к дверям, где Тит и Амон ещё рассматривали друг друга, Тит с безумием и ужасом, Амон с каким-то восхищением, словно он видел нечто бесценное. Как произведение искусства. Шум толпы привлек внимание Амона. Его лицо изменилось на выражение брезгливости, когда он единым взглядом окинул байкеров.
 - У нас зрители, - сообщил он Титу, все ещё безуспешно рвавшего ручку двери.
 - Сейчас мы их рассадим по своим местам.
 Дьявол повернулся к толпе и небрежным взмахом руки очертил окружность. По кругу, между дьяволом и байкерами взметнулось и загудело пламя, ничего не сжигавшее, но обжигающее. Стоявшая за огненным заслоном толпа, могла теперь быть только зрителем.
 - Ты, много дёргаешься, - нахмурился дьявол, взглядом заставляя Тита замереть. - Это другое дело, - с удовлетворением заметил он, - Приступим. Все хорошее, когда-нибудь да  кончается.
 Он ещё ближе подошел к своей жертве, протянул руку. Ладонью коснулся солнечного сплетения. Лёгкое сияние полилось между ладонью и телом. Постепенно оно становилось все ярче и ярче, пока холодное, голубое свечение не затмило электрический свет и свет пламени.
 Дьявол немого отстранил руку, и теперь зрители ясно увидали, как свет волнами исходил из тела, и как будто всасывался в ладонь дьявола.
 По волнам света прокатилась рябь, и скорость поглощения увеличилась. Тит закрыл глаза и в изнеможении простонал. Легкая дрожь прошла по его телу, нарастая, она сотрясала его подобно электрическому току.
 На глазах зрителей он стал усыхать, постепенно превращаясь в мумию. Запала грудная клетка, втянулись в череп глазные яблоки, кожа обтянула кости. Мгновенно выпали волосы, и слезла кожа, обнажая кости без признаков влаги. Крупная дрожь сотрясла скелет с накинутой на него одеждой, Дрожь и свет достигли наивысшей точки, и пропали.
 Отнимая ладонь, дьявол рассмеялся.
 Скелет с шумом упал на пол.
 С наигранной заботой дьявол склонился над останками Тита.
 - Увы, бедный Йорик! – улыбаясь, проговорил он. Повернулся к зрителям. - Представление закончено, – объявил он. - К сожалению воспоминания этого зрелища, я не могу позволить вам унести с собой. Вы все забудете, как только покинете бар.
 Он распахнул дверь и вышел на улицу. Звук уезжающего мотоцикла слился с криками байкеров. Внезапно, неуправляемое пламя, служившее оградой, стало быстро распространяться, пожирая и обугливая все на своем пути.
 Отшвыривая друг друга, толпа ринулась к спасительным дверям. На их счастье они были открытыми. Кашляя и задыхаясь от дыма, байкеры вывалились на тротуар.
 Языки пламени уже плясали в дверях.
 Звенели лопающиеся стекла.
 С треском рухнула крыша, и сноп искр устремился в небо праздничным салютом. Байкеры поспешили увести мотоциклы в безопасное место, начисто забыв о причине пожара, издалека приближался вой пожарных машин. К приезду пожарных, на месте бара остался, только клубящийся дым, да куча пепла, с оплавленными и обугленными кусками металла.
 В эту ночь дьявол забрал, причитающийся ему долг.
 Подъехав к дому, Амон остановил мотоцикл возле скамейки. Девушка удивленно посмотрела на него.
 - Разве Вы сегодня не будете кататься по городу или байкеры уехали, не дождавшись Вас?
 - Они дождались меня, что очень любезно с их стороны, - сказал Амон, оставляя мотоцикл, который тут же исчез.
 Сев на скамейку, он потрепал Пса за загривок.
 - Значит, Вы не стали убивать Тита? - радость промелькнула в её голосе.
 Но Амон отрицательно покачал головой. Ероша шерсть псу, повернул темные глаза к девушке.
 - Тит уже не существует, не в этом, ни в другом мире.
 Он увидел, как она поежилась будто от холода. Тихо вздохнув, девушка заметила:
 - Быстро же Вы управились.
 - Нормально.
 Воцарилась тишина. Пес, оставив свои ласки, принялся гонять по улице, пугая прохожих. Чудовищу явно не сиделось, энергия "щенка" била через край и требовала движений и поиска. Сидящие на скамейке наблюдали за его выходками. Наконец, Амон предложил:
 - Пройдемся?
 - Куда?
 - А куда эта дорога ведет, туда и пойдем, - неопределенно ответил он.
 Секунду помолчав, девушка встала
 - Пойдемте.
 Свистнув псу, Амон с девушкой направился вдоль дороги все дальше и дальше от дома. Его спутница шла рядом, положив руку на голову присмиревшего пса, и с удовольствием вдыхала свежий, прохладный воздух, принесенный ветром с холмов. В этой стороне города прохожих почти не было, и лишь затерявшиеся машины нет-нет, освещали фарами идущих по дороге, и тогда отражая свет глаза собаки, вспыхивали огнем, и водитель невольно давил на газ, желая  быстрее покинуть этот квартал. Отсутствующие фонари заменял льющийся с неба свет луны. В эту ночь она была особенно светла. Если бы фантазер, подняв голову, посмотрел бы на спутник земли, луна представилась бы ему отверстием мрачного колодца, на дне которого он находится.