Под тропиком Козерога
Процесс оскудения фауны из-за неумеренной эксплуатации лесов охватил все страны, но в последние десятилетия становится особенно угрожающим в тропическом поясе. В Австралии к началу 40-х годов текущего столетия численность крайне интересного зверя — коалы (сумчатого медведя) — сократилась с нескольких миллионов до нескольких тысяч из-за неограниченной охоты на них, хищнической вырубки эвкалиптов и пожаров (чаще всего по вине человека), охватывающих в некоторые годы огромные территории. В конце 60-х годов в Австралии оставалось всего 40–50 тысяч коал.
Д. Эттенборо посетил не всю Австралию, а лишь Северную территорию, где в скудной природе обширных пустынь сумел найти очень много интересного и поучительного для тех, кого волнуют проблемы охраны природы. Австралийская фауна, как и мадагаскарская, чрезвычайно своеобразна. Она древнее мадагаскарской, местные млекопитающие представлены группой яйцекладущих (однопроходных) и группой животных, рождающих недоразвитых детенышей, которых мать донашивает в специальной сумке (сумчатых). Освоение этого континента белыми, завоз сюда позвоночных из других стран, хищническая эксплуатация природных ресурсов поставили в тяжелое положение многие местные виды. Некоторые из них исчезли (например, сумчатый, или тасманийский, волк), другие стали редки и попали в Красную книгу (рыжий намбат, чешуехвостый поссум и др.).
В Австралии предпринимаются меры по сохранению дикой природы. Учреждаются заповедники, через средства массовой информации расширяют экологический кругозор населения и т. д. Здесь достаточно много национальных парков и парков штатов (более 300), занимающих общую площадь 1,7 миллиона гектаров, и резерватов (651) с общей площадью около 300 тысяч гектаров. Тем не менее многие вопросы сохранения остатков дикой природы далеки от решения.
Задача сбережения дикой природы, ее редких и уникальных объектов давно вышла за национальные рамки и стала одной из самых животрепещущих международных проблем. Бурное развитие промышленности и техники сопровождается серьезными изменениями в составе биосферы, причем в последние годы все острее стоит вопрос о загрязнении таких сред, как атмосфера, гидросфера и поверхность земли. Поэтому охрана окружающей среды и разумное использование ресурсов биосферы становятся важнейшими глобальными проблемами, привлекающими внимание всех стран мира. В этом деле нет второстепенных вопросов, все они одинаково важны, и пришло время решать их сразу и без промедления. К этому призывает человечество «Всемирная стратегия охраны природы», разработанная в 1978–1980 гг. специалистами Международного союза охраны природы при поддержке ООН. «Всемирная стратегия» считает необходимым поддерживать главные экологические процессы в экосистемах и сами экосистемы; сохранять генетическое разнообразие живых организмов; длительно и рационально использовать виды и экосистемы и в то же время сохранять их воспроизводственные возможности.
Д. Эттенборо высказывает мнение, что лучший способ сохранить исчезающих животных — это содержать их в зоопарках. Однако автор явно переоценивает возможности такого рода охраны. Во-первых, далеко не все виды могут успешно размножаться в неволе. Примером может служить уже упоминавшийся тасманийский сумчатый волк, которого не удалось сохранить даже в зоопарках. Во-вторых, и размножающиеся в неволе животные со временем теряют свои экологические и генетические признаки. В-третьих, реинтродукция животных, успешно размножившихся в зоопарках, требует нормальных естественных мест обитания, а с последними, как это было показано выше, дела обстоят далеко не блестяще. В-четвертых, зоопарки не снимают проблемы сохранения водяных животных, особенно крупных. Поэтому только система охраняемых территорий (и акваторий) и общегосударственные законодательные меры могут дать эффективный результат в спасении видов, которым грозит исчезновение с лица Земли. Конечно, зоопарки могут служить важным дополнительным средством в достижении этой цели, но их нельзя рассматривать как панацею от всех зол.
Поставленные задачи требуют интенсивных исследований в области динамики естественных процессов, протекающих в природе, причем полученные результаты должны объективно отражать существующие закономерности. И тут возникает большая трудность: развитие человечества идет значительно более высокими темпами, чем естественные воспроизводственные процессы в природных сообществах. Без знания последних человеку трудно управлять природой, трудно прогнозировать те или иные явления (включая и отрицательные для его жизни). Единственное место, где можно проводить наблюдения и исследования подобного рода, — это охраняемые территории типа наших заповедников.
Выше уже упоминалось, что практически во всех странах существуют национальные парки и резерваты, основной задачей которых является сохранение тех или иных видов растений и животных. Однако у заповедников разных стран существуют далеко не идентичные цели и задачи. Во многих случаях они в связи с неуклонным развитием труда приобретают все большее значение как места отдыха населения.
Между тем изучать виды растений и животных и процессы, протекающие в экосистемах, можно только в условиях относительно нетронутой природы, в условиях покоя и невмешательства человека. Такими местами как раз и являются наши заповедники, где с самого начала осуществлялось долговременное изучение явлений и процессов в природе, то есть они служат своеобразными научными лабораториями в природе. Более чем за 50-летнее свое существование они накопили огромный научный материал, широко используемый в области охраны природы и эксплуатации природных ресурсов за пределами заповедников.
В настоящее время в нашей стране существует 147 заповедников, 12 национальных парков общей площадью 15565,6 тысячи гектаров и 43 республиканских заказника площадью 6300 тысяч гектаров. Последние по своей природоохранной функции приближаются к зарубежным резерватам. В начале 70-х годов была обоснована необходимость создания мировой сети заповедников для сохранения генетических ресурсов живой природы и выполнения научных исследований по специальной программе. Эти заповедники получили названия биосферных (правильнее — биосферных резерватов). Следует заметить, что отличительная черта наших заповедников (первый, Аскания-Нова, объявлен в 1898 году) — разрешение тех задач, которые были сформулированы позже перед биосферными заповедниками, а именно: сохранение видов растений и животных (т. е. генофонда), изучение динамики природных процессов, удовлетворение культурных и эстетических потребностей людей.
Природоохранительная деятельность в нашей стране имеет государственное значение, подтвержденное Конституцией СССР, законами об охране природы союзных республик и законами об охране различных окружающих сред. Особенно большую роль играет закон «Об охране и использовании животного мира» (1980). Эти документы создают серьезную юридическую базу, позволяющую широко проводить мероприятия по охране природы и контролировать их исполнение. Конечно, у нас немало трудностей в этой области, так как очень большие противоречия возникают между сферой производства и потребления, с одной стороны, и состоянием различных категорий природных ресурсов — с другой. В ближайшие годы это направление научной и практической деятельности человечества, видимо, станет одним из главных.
Книга Д. Эттенборо — не научное исследование, она написана в форме ярких путевых очерков, рассчитанных на широкий круг читателей. Любители этнографии, путешествий и экзотической природы найдут для себя много интересного, и, самое главное, читатель убедится в необходимости бережного отношения к живой природе, разрушить которую легко, а восстановить невозможно. В этом плане крайне поучительна история эпиорниса и мадагаскарских тропических джунглей.
Побывав под тропиком Козерога, читатель с сожалением закроет последнюю страницу и задумается над драматическим положением природы, а возможно, и постарается определить свое отношение к злободневным и тревожным проблемам современного мира.