Десять дней счастья

– Понимаю, что веду себя глупо, но я так привыкла управлять всем сама, что просто представить не могу, как тут все будет работать без меня.
– Это значит только одно – ты плохой руководитель.
– Я хороший руководитель! – возмутилась Оливия.
– Тогда все должно отлично работать и без тебя.
Она открыла рот, чтобы возразить, но тут же закрыла его, понимая, что Стефан загнал ее в угол.
– Я рад, что ты умеешь проигрывать. Ты не хочешь съездить домой и спокойно собраться?
Оливия покачала головой.
– Я все собрала еще вчера вечером. Чемодан внизу, в моей машине.
– Ты собираешься сама ехать в аэропорт?! – Изумлению Стефана не было предела.
– А что тут такого? Оставлю машину на стоянке…
– Ты совершенно не умеешь отдыхать.
– То есть? – не поняла его Оливия.
– Отпуск начинается, как только чемодан уложен. Ты уже чувствуешь себя свободным человеком, еще несколько часов, и ты на пляже, или на лыжах, или на корабле. Пора начинать расслабляться, можно даже позволить себе выпить бокальчик вина до обеда… В общем, остается только сесть в такси и ни о чем не думать. А ты говоришь «сама поведу»! – В голосе Стефана сквозил укор. – Я уже не говорю о том, что это просто расточительство. Ты знаешь, сколько стоят сутки стоянки в аэропорту?
– Сколько? – Эта часть речи заинтересовала Оливию гораздо сильнее. Она так привыкла пользоваться служебной стоянкой своего клуба или бесплатными парковками у супермаркетов, что уже начала забывать о том, что где-то эта услуга платная.
– Лучше тебе не знать, – мрачно сказал Стефан. – Я сам отвезу тебя и посажу в самолет. Хочу быть уверенным, что ты улетишь!
– Так надоела?
– Еще сильнее, чем ты себе можешь представить! – усмехнулся он. – Во сколько вылет?
– Через три часа.
– Значит, нам пора собираться. Я оставлю тебя одну, чтобы ты могла спокойно попрощаться со своими бумажечками. – Он усмехнулся и вышел из кабинета. – Я буду на парковке. Да, кстати, мы тут решили сделать тебе небольшой подарок… – Стефан улыбнулся и протянул Оливии конверт. – Только открой, когда я выйду. Мало ли, вдруг тебе не понравится.
– Что мне точно никогда не нравилось, так это твое чувство юмора, – пробормотала она.
– Именно поэтому ты меня и оставила?
– Нет, оставила я тебя потому, что ты не мог пропустить ни одной юбки и начал покушаться на мой клуб.
– Да, с юбками ты права, вот только я никогда даже представить не мог себя на твоем месте. Просто я успел полюбить этот клуб и очень хочу работать хотя бы вполовину так плодотворно, как ты. – Стефан немного помолчал, потом улыбнулся и сказал: – А вообще хорошо, что мы с тобой расстались: я теперь могу увиваться за девочками без угрызений совести. Ну до встречи на парковке.
Оливия удивленно посмотрела ему вслед.
Неужели у меня уже началась какая-то мания? – ужаснулась она. Оказывается, Стефан вовсе и не собирался занимать мое место… Но в одном он прав: хорошо, что мы расстались. Любовнику я ни за что не смогла бы оставить свой клуб. А насчет прощания… Оливия рассеянно осмотрелась и пожала плечами. А с чем мне здесь прощаться? Я ведь уезжаю не навсегда, а всего лишь на десять дней. Интересно, что они мне подарили?
Оливия вскрыла конверт. В нем оказалась наклейка с изображением блондинки с гротескными формами. У блондинки было лицо Оливии, а в руках она держала флажок с надписью: «Вернусь через десять дней».
Оливия усмехнулась и покачала головой.
Кажется, все вокруг догадываются о моих комплексах! – подумала она, закрывая дверь.
– Все будет хорошо, когда я вернусь, все будет точно так же. Нет, все будет еще лучше, ведь я приеду совсем другая! – сказала Оливия самой себе, вытащила ключ из замка и приклеила на дверь наклейку: «Вернусь через десять дней».
Джулс в очередной раз слушала длинные гудки в трубке и тихо бормотала:
– Ну же, возьми трубку, я тебя прошу, возьми трубку!
Но, как только включался автоответчик, она тут же нажимала на рычаг, не в силах заставить себя даже слушать голос Фрэнка, не то что говорить с ним! Пусть даже голос этот был записан на пленку много лет назад.
– Давай! Я знаю, ты должен быть дома! – молила Джулс.
Она и сама не знала точно, чего ждет от этого разговора. Но в одном была уверена: она не может уехать, не предупредив Фрэнка.
– Фрэнк, черт тебя подери, где ты ходишь?.. – прошипела Джулс, в очередной раз положив трубку на рычаг.
Может быть, если я позвоню куда-то еще и мне удастся дозвониться, я смогу дозвониться и Фрэнку?
Подобные мысли часто приходили в голову Джулс. Эстель любила повторять, что столь странные выводы Джулс делает исключительно из-за необузданного творческого начала своей натуры. А когда Джулс начинала приводить примеры, доказывающие действенность подобных приемов, Эстель лишь махала рукой и сменяла тему.
Да, сейчас позвоню, закажу такси, потом побросаю в сумку нужные вещи, а потом попробую в последний раз позвонить Фрэнку. Если не получится, оставлю сообщение на автоответчике.
Она два раза набирала номер такси, потому что пальцы то и дело сбивались на знакомые цифры номера Фрэнка, но все же смогла дозвониться.
– Машину к десяти утра на Ковен-гарден четыре, третий подъезд. Едем в аэропорт Хитроу. Нет, подниматься не нужно. Спасибо.
Джулс положила трубку и решительно встала с дивана. Если она сейчас же не соберет вещи, она точно поедет только с тем, что на ней надето. А этого было явно недостаточно!
Джулс открыла шкаф и задумчиво посмотрела на его содержимое. Она не имела ни малейшего понятия, что ей следует брать с собой, а потом свалила все подряд с полок, где лежала летняя одежда, бросила сверху купальник и несколько пар босоножек и основательно придавила все это двумя вечерними платьями и горой косметики с полочки в ванной комнате.
Теперь Джулс задумчиво смотрела на дорожную сумку, пытаясь понять, как же закрыть молнию, да так, чтобы вся одежда не оказалась в каком-нибудь креме для загара. В итоге Джулс приняла единственно правильное, на ее взгляд, решение: выгрузила ровно половину вещей, совершенно не задумываясь над тем, есть ли что-то нужное среди выгруженного, а главное, осталось ли что-то ценное в сумке. Зато сумка закрылась, пусть и не так легко, как хотелось бы, но все же…
Если мне что-то понадобится, я просто куплю это в первом же попавшемся порту, решила она, выкатывая сумку в прихожую и возвращаясь к телефону.
Пальцы легко запорхали по кнопкам.
– Ну же, Фрэнк! Возьми трубку!
Один раз превратился в десять, и остановиться Джулс смогла, лишь когда водитель вызванного ею такси сообщил о своем прибытии по домофону.
– Ну хорошо, сейчас! – непонятно кому крикнула она и быстро набрала номер Фрэнка – теперь уж точно в последний раз.
Джулс тяжело вздохнула и прочистила горло, пока записанный на пленку голос Фрэнка бодро приветствовал ее.
– Привет, это Джулс, я решила, что нужно тебе сообщить: я отправляюсь в круиз на десять дней с Эстель и Оливией. Как вернусь – позвоню. Пока!
Она положила трубку и подумала: интересно, мне показалось или у меня и вправду голос звучал ужасно фальшиво?
От неприятных мыслей Джулс отвлек очередной нервный звонок по домофону таксиста.
– Ну иду уже! – крикнула она и выбежала из квартиры.
Где-то на середине лестницы Джулс вспомнила, что не взяла сумку, пришлось вернуться, потом ей пришлось вернуться еще раз, чтобы запереть дверь. Когда Джулс наконец оказалась на улице, такси уехало.
– Черт! – выругалась она, взглянув на часы, регистрация на рейс уже началась. – Девчонки убьют меня!
Джулс выбежала чуть ли не на середину проезжей части и принялась истошно размахивать руками.
– Эй, дамочка, вы что, с ума сошли?! – закричал на нее таксист, затормозивший практически в паре миллиметров от Джулс.
– В аэропорт Хитроу! Если мы успеем туда до без четверти одиннадцать, плачу тройной тариф!