Дело о показаниях покойника
– Я вовсе не утверждаю, что госпожа Сарит Бат-Сави – ее королевское высочество Сарит Сави-Набуккуднецар, – была организатором убийства! – возразил Ницан. – Ни в коем случае! Так же, как и мы, она не была посвящена в планы Цемэха. Но сделал он то, что сделал – ради нее. Не правда ли, ваше высочество? – спросил он Сарит. Бледность, разлившаяся по лицу госпожи Бат-Сави сейчас была сродни той, что покрыла лица всех присутствующих в момент появления Лже-Калэба.
– Боже мой... – прошептала она. – Мне и в голову не могло прийти.
– Но разве он не пообещал вас вознести к самым вершинам власти? – тихо произнес Ницан. – Помните, вы сами мне рассказали об этом вчера утром. Именно это он и сделал. Он не просто решил убить своего соперника – ведь у вас была любовная связь с Шаррукеном Тукульти, правда? Он решил, повторяю, не просто убить ненавистного соперника, но и вернуть вам королевскую власть над Шенааром. Он был уверен, что после такого подарка вы не устоите, Сарит.
Ее королевское высочество закрыла лицо руками и не произнесла ни слова. Взгляды присутствующих вновь устремились к останкам преступника. На этот раз, помимо вполне естественного отвращения, в них читались и другие чувства.
– Вот так, – сказал Ницан, вновь обращаясь к президенту. – Должен признаться, ваше превосходительства, лишь сегодня утром – вернее, ночью, – я, наконец, сумел увязать все детали воедино. Хочу поблагодарить моего друга Лугальбанду, лучшего мага-эксперта нашей полиции. Без него я бы не справился ни за что. И конечно, – тут он с улыбкой посмотрел на раскрасневшуюся Астаг, – мою юную помощницу Астаг, достойную дочь великого мага-целителя Арам-Лугальту. Мое расследование закончено. Надеюсь, вы удовлетворены?
Президент откашлялся.
– Господин Бар-Аба, – сказал он официальным тоном, – вы прекрасно справились с заданием государственной важности. Вы предотвратили погружение страны в хаос анархии и способствовали восстановлению порядка. Должен сказать, мы не ожидали... – он бросил красноречивый взгляд на министра полиции. – Характеристики у вас, честно признаюсь, были не очень... Впрочем, с этим мы разберемся в ближайшее время. Я полагаю, кроме обещанной вам суммы, правительство изыщет возможность выплатить приличествующую премию.
– Э-э! – пренебрежительно махнул рукой Набу-Дал. – Правительство, изыщет... Не слушайте его, Ницан! Подъезжайте завтра в нашу центральную управу. Я выплачу вам премию без всяких бюрократических проволочек.
Ницан молча поклонился обоим и скромно отошел в угол, к Лугальбанде.
– Я едва не испортил все, – признался маг-эксперт. – Когда появилось чудовище, я решил, что ты точно рехнулся и чуть было не вмешался в процедуру.
– Ты что же, всерьез верил, что я напущу на него Убивающего-Взглядом-Калэба? – Ницан изумленно уставился на приятеля. – Ну, брат, даешь! Даже я и даже в трезвом состоянии лучшего мнения о самом себе.
– Да кто тебя знает! – уклончиво ответил маг-эксперт. – Ты и не на такие фокусы способен...
Все же он почувствовал некоторое неудобство из-за собственных недавних подозрений и отвернулся в сторону, делая вид, что его заинтересовала беседа его превосходительства с новым лидером оппозиции. Как раз в этот момент они оба, словно по команде, посмотрели на него и вежливо улыбнулись. Лугальбанда отвесил неловкий поклон.
– Ты бы присмотрел подходящее местечко для девушки, – сказал вдруг частный сыщик. Лугальбанда непонимающе посмотрел на него. Ницан кивком указал на Астаг, купавшуюся в лучах восхищенного внимания. – Девушка просто рождена для судейской магии, ты не находишь? Изумительные способности, богатое воображение.
– А я тут при чем? – удивился Лугальбанда. – Ты же знаешь, кандидатуры женщин на курсы утверждает лично министр полиции.
Ницан Бар-Аба загадочно улыбнулся.
– По-моему, его превосходительство кое о чем договорился с лидером оппозиции, – сказал он. – И собираются тебе кое-что предложить. Мой тебе совет: не отказывайся, Лугаль. Из тебя получится классный министр. Во всяком случае, куда лучше Амар-Зуэна.
– Вы упомянули мое имя? – осведомился министр полиции, подходя к Ницану. – Чем заслужил, позвольте спросить?
Несмотря на задиристый тон, вид у Амар-Зуэна был довольно жалкий. Он не мог прийти в себя после блестящего завершения расследования, проведенное самым непутевым учеником его курсов.
– Я просто хотел вас попросить, ваша честь, освободить из полицейского участка старшего следователя Омри Шамаша, – с невинным лицом произнес Ницан. – Он вчера немного перебрал и нарвался на ночной патруль.