Ты у меня один...

— Знаешь, я хотел девочку именно потому, чтобы на свет появилось твое маленькое воплощение, — взволнованно прошептал он, и Шарон, услышав это признание, ощутила на глазах слезы. Она поняла, как сильно ее муж желал — всегда желал — ее любви.
У нее на груди переливалось ожерелье из розовых жемчужин. Роберт подарил ей это украшение в честь рождения дочери. В числе же подарков, полученных ничего не подозревающей Кэтти от ее тетушки Джейн, был и серебряный браслет ручной работы — необычный узор сплетенных цветов и лент, совсем как в букете невесты.
Сегодня от неугомонной супруги Фрэнка доставили изящную корзинку с цветами, искусно подобранными также с явным намеком. Столько времени, казалось теперь, прошло с тех пор, как она поймала подвенечный букет Джейн! А ведь в действительности это было всего десять месяцев назад.
«Я сочла не совсем уместным напоминать о прошлом, когда вы с Робертом поженились, хотя и сама не знаю, почему, — нацарапала Джейн в сопроводительной записке. — Но теперь как раз вовремя. Теперь ты — настоящая мать семейства. А ведь ты была самой упрямой…»
Шарон лукаво улыбалась, когда полчаса назад показала это послание Роберту.
— Да, со мной судьбе удалось такое чудо провернуть, но Линда, как ты догадываешься, орешек покрепче. Она убежденная противница брака. И все же наша курочка Джейн по-своему права. Кто знает… быть может, на свете еще не было девчонки строптивее меня.
— Ммм, — протянул Роберт, заключая ее в объятия после того, как она уложила Кэтти обратно в кроватку. — Сейчас я намерен заняться куда более интересными вещами, чем обсуждение того, как тетя Джейн использует суеверия.
— Какими же? — кокетливо поддразнила его Шарон.
— Иди-ка сюда, я тебе покажу…
И она, заливаясь смехом, подчинилась своему мужу, своему единственному повелителю и… рабу.