Кроусмарш

Но сможет ли он жить в том мире? Сможет ли он жить в обществе, где быть просто мужчиной считается чуть ли не преступлением, потому что там элементарно нельзя постоять за себя или за своих близких. Тебя оскорбили – прекрасно, есть суд, который разберется и определит степень вины оскорбившего, а может, сочтет и тебя виновным. Да, здесь был жестокий мир, здесь была своя язва в лице всемогущей инквизиции, но пока ему удавалось все же противостоять ей, здесь ты мог погибнуть от столкновения со множеством опасностей, которые могли иметь множество лиц – от клыкастой морды орка до банального аппендицита или отравления. Да, все это было. Но этот мир был честнее. И он ему нравился. И потом, здесь он был кем-то. А кем он станет там? Опять одним из пяти миллиардов? Какая жизнь его ждет? Здесь он мог быть хозяином своей судьбы, а там… Там он почти за сорок лет так и не смог стать никем, он был не приспособлен к жизни в том мире, здесь же обрел себя. Другого себя, такого, которому просто нет места в том мире.
Андрей задумался: а хочет ли он что-либо менять в своей нынешней жизни? И вдруг понял, что не хочет. Не нужно ему этого. Он хочет вернуться к своей жене, хочет вновь ощутить в своих объятиях ее тело, хочет подурачиться с сыном, хочет вновь встать в конный строй и вломиться в ряды противника, хочет постараться помочь людям, для которых нет места в его прошлом мире и которые обрели свой дом здесь, в мире этом. Он вдруг отчетливо понял, чего он не хочет. А не хочет он менять свою жизнь, потому что именно она была его настоящим и здесь он видел свое будущее. А тот мир был просто его прошлым. Воспоминаниями.
Тряхнув головой, он вскочил на ноги, с удовольствием потянулся, стряхивая с себя все переживания и мрачные размышления. Что ж, дом его здесь, здесь и все его заботы, а сейчас ему нужно немного золота, которым готова была поделиться эта речушка. Для этого нужно было совсем немного: просто поработать. Подхватив сито, он направился к реке.
Прошлое осталось в прошлом, его же ждало настоящее и будущее. Каким оно будет, то будущее? Ответа на этот вопрос он не знал, но был готов за него драться.