Новая русская доктрина: Пора расправить крылья
— новые структуры по поиску и привлечению интеллектуального потенциала из-за рубежа.
Глава 4. Этюды об экономической политике
Формат настоящего доклада не дает возможности рассмотреть экономические проблемы и перспективы во всей полноте и системности. К тому же такой подход мы предприняли в Русской доктрине. Поэтому здесь мы остановимся лишь на ряде принципиальных моментов текущей экономической политики и на наиболее насущных и неотложных, на наш взгляд, мерах, направленных на ее рациональное совершенствование. Такое фрагментарное рассмотрение невольно распадается на ряд самостоятельных, но внутренне связанных сюжетов.
4.1. От хаоса — к стабильности, от стабильности — к развитию
Нормальная экономическая политика любой суверенной страны характеризуется общеобязательным набором основных целей: устойчивый экономический рост, макроэкономическая стабильность, повышение конкурентоспособности своей национальной экономики в глобальном масштабе, обеспечение как можно более высокого уровня занятости (в идеале — полной занятости), преодоление бедности, повышение качества услуг общественного сектора, сохранение суверенитета.
Этого была лишена экономическая политика России в течение почти всего периода 90-х годов.
Тот период характеризовался отсутствием выверенных планов реформирования страны, ситуативностью экономической политики, ее бессистемностью, бесконечным «латанием дыр» при отсутствии ясной стратегии. В экономике страны был допущен более чем 50 %-ный спад. Экономическая политика была во многом объектом манипулирования со стороны различных олигархических групп и в свою очередь становилась инструментом обслуживания их узкокорыстных групповых интересов, полностью игнорируя широкие общественные интересы и проблему общего блага.
Все это порождало недоверие к экономической политике правительства, к создающимся государственным, политическим, правовым, социальным и рыночным институтам, чувство нестабильности, незащищенности, неуверенности в завтрашнем дне, апатии у всех экономических субъектов — у инвесторов (как иностранных, так и отечественных), у предпринимателей, у наемных работников, у бюджетников, у народа в целом.
Такая обстановка не могла стимулировать инвестиционный процесс, не могла создать фундамент для долгосрочного экономического роста.
Уже в силу этого стала очевидна необходимость политики макроэкономической стабилизации . Сложившаяся с конца 90-х годов удачная экономическая конъюнктура вкупе со стимулирующими условиями после девальвации национальной валюты в результате кризиса 1998 года придали импульс российской экономике, что выразилось в долгожданном экономическом росте. Политика макроэкономической стабильности на этом этапе служила поддержанию указанных положительных тенденций, созданию позитивного настроя у основных экономических субъектов, надежных и предсказуемых условий и правил экономической деятельности.
Только с этого времени впервые среди декларируемых приоритетов макроэкономической политики стали появляться тезисы о необходимости преодоления бедности, повышения качества услуг общественного сектора, защиты национального экономического суверенитета. Иными словами, государство впервые за годы реформ взяло на себя ответственность за эти сферы в отличие от господствовавшей большую часть 90-х годов либеральной ставки на уход государства из всех мыслимых областей прямой заботы об общественном благе.
Вместе с тем следует отметить некоторую ограниченность такой макроэкономической политики, ее реактивность и инерционность, ненацеленность на решение долгосрочных амбициозных задач. Помимо прочего, сказывалось либеральное наследие политики невмешательства государства в основополагающие экономические процессы.
За последние годы мы прошли нелегкий путь исцеления, путь от хаоса к стабильности. Теперь предстоит сделать новый переход: от стабильности к уверенному росту, к организации технологического прорыва и сверхиндустриализации, к организации прогрессивных структурных сдвигов, при непременном условии проведения сбалансированной макроэкономической политики .
На этом новом этапе необходимо будет подвергнуть ревизии и некоторые устоявшиеся стереотипы в области экономической стратегии и конкретных направлений макроэкономической политики.
4.2. Об антиинфляционной политике и механизмах инфляции
В частности, данная ревизия должна, по нашему мнению, коснуться такого важного направления государственной экономической политики, как антиинфляционные мероприятия .
В стратегическом отношении необходимость антиинфляционной политики во многом самоочевидна.
Кто больше всего страдает от инфляции? Пенсионеры, получатели социальных пособий, студенты, бюджетники. Индексация пенсий, пособий, стипендий и бюджетных зарплат вслед за инфляцией всегда запаздывает и редко бывает адекватной потерям в реальных доходах, которые несет с собой рост цен. Иными словами, больше всего страдают от инфляции наименее защищенные в социальном отношении слои населения. Поэтому политика борьбы с инфляцией имеет в том числе и явную социальную направленность .
Однако в тактическом плане борьба с инфляцией может быть временно и частично принесена в жертву стратегическим целям более высокого порядка.
Тем не менее «борьба с инфляцией» превратилась у нас в какой-то фетиш: все остальные цели — экономический рост, модернизация промышленности, борьба с бедностью и многое другое — оказываются подчиненными и менее значимыми.
На этапе макроэкономической стабилизации при благоприятных условиях мировой конъюнктуры с абсолютным приоритетом мер в области борьбы с инфляцией в ряду других целей и задач можно было согласиться. Но на этапе политики роста абсолютная приоритетность антиинфляционной политики может быть подвергнута сомнению.
Но проблема еще в том, что, даже необоснованно объявляя борьбу с инфляцией в качестве своей основной цели, наше правительство весьма усеченно понимает саму природу инфляции и поэтому применяет для этой борьбы странно ограниченный набор инструментов. Правительство видит только монетарные факторы инфляции и как-то умудряется не видеть всех других инфляционных факторов.
Есть основания для того, чтобы утверждать, что борьба с инфляцией в России отличается вопиющим непрофессионализмом.
В частности, более чем уместен спор не только о приоритетности антиинфляционных мероприятий в ряду других направлений государственной экономической политики, но и об эффективности избранных методов борьбы с инфляцией. Но для того чтобы вести об этом речь, необходимо несколько слов сказать о механизмах инфляции.
Популярен тезис экономистов монетаристской («чикагской») школы: «Инфляция — явление чисто финансовое». Подразумевается, что основным источником инфляции является безответственная денежно-кредитная и бюджетная политика государства, небрежное или чересчур вольное (волюнтаристское) отношение к финансовой сфере. Отстаивая свой тезис, монетаристы любили ссылаться на популизм социал-демократических правительств Западной Европы и других стран, который, по их мнению, стал причиной бесконтрольной эмиссии денежных средств и хронических бюджетных дефицитов. Хотя доля истины в этом наблюдении имеется, оно еще не дает достаточных оснований для столь широких обобщений. Однако с 80-х годов прошедшего столетия данная позиция либералов-монетаристов была несправедливо возведена в некий абсолют.
Абсолютизация вышеприведенного тезиса беспочвенна. Для доказательства этого достаточно сослаться на факт наличия очень разных источников инфляции .
Так, инфляция является механизмом перераспределения дохода и богатства. Различные экономические субъекты обладают разными возможностями по защите своей доли доходов в условиях инфляции. У наименее социально защищенных слоев эти возможности минимальные. У субъектов, действующих в базовых отраслях экономики, эти возможности существенно больше. А некоторые субъекты (особенно действующие в монопольных отраслях) обладают возможностями перераспределения дохода с помощью инфляции в свою пользу. Очевидно, что стандартные приемы по замораживанию денежной массы в таких условиях малоэффективны. К тому же они чреваты серьезными негативными последствиями для экономического роста. Гораздо более эффективным в таких случаях является более жесткий государственный контроль над монопольным ценообразованием.