Северный дьявол

В центре внимания были мать и сестра Рейчел.
Матушка растягивала ириски со своим лос-анджелесским владельцем ранчо, а ее адвокат из Сан-Франциско заплетал тянучку в матушкины инициалы. Рейчел не могла угадать, который из джентльменов имеет преимущество в этой борьбе за расположение ее матушки.
Мерси привлекала внимание троих мужчин из «Донована и сыновей». Один растягивал с ней тянучки, второй бросился искать сливочное масло, чтобы помазать маленький ожог на ее пальчике, а третий растягивал ириски, используя большой крюк в стене и картинно демонстрируя при этом свою силу. Он налегал на сладкие ленты, чтобы выгодно напрягать мышцы рук и плеч.
Зазвенел дверной колокольчик, и Брейден пошел открывать дверь.
Рейчел и Лукас. Они стояли в дверях столовой, что давало им возможность обмениваться негромкими замечаниями.
– Миллер всегда так открыто собой гордится?
– Если послушать Ивенса – нет.
Лукас бережно переложил их новорожденного сына на другую руку и привлек к себе Рейчел. Его аквамариновые глаза сияли радостью. Он так бережно относился к ней во время ее беременности. Даже отыскал для нее Общество любителей классической литературы, в котором она смогла продолжить свои занятия.
– Может, он скоро перестанет.
Уильям Донован весело рассмеялся. Его шестинедельный сынишка крепко спал у него на руках.
– Боюсь, что нет. По правде говоря, ваша сестра завоевала сердца многих служащих «Донована и сыновей».
– Точно так же, как и ее старшая сестра, – самодовольно заметил Лукас.
Рейчел еще теснее прижалась к нему и посмотрела на часы, прикидывая, сколько времени должно пройти, прежде чем они смогут вместе подняться наверх.
Входная дверь громко хлопнула, и Брейден тепло приветствовал пришедших.
В дверях появились Малыш и Лоуэлл. Малыш был, как всегда, немногословен, но улыбка зажглась в глубине его глаз при виде его крестника – сына Лукаса.
Волосы Лоуэлла были еще чуть влажными, лицо обветрилось от непогоды. Прядь темных волос упала ему на лоб, сделав еще заметнее ясные серо-голубые глаза. Он явился прямо после доставки груза к северным золотым копям, зашел домой только помыться. Это было видно по его одежде: его поджарая фигура была облачена в чистый, но отнюдь не элегантный костюм, какой и полагается носить молодому человеку вне города.
Порция посмотрела на Лоуэлла как женщина, а не как ребенок. По спине у Рейчел побежали мурашки.
Лукас крепче прижал ее к себе и шагнул вперед, держа на руках их сына, Рейчел последовала за ним. Сейчас Рождество, с ней рядом ее обожаемый северный дьявол. О лучшем подарке судьбы она и мечтать не могла.