Вымысел исключен (записки начальника нелегальной разведки)

Я не думал затрагивать эту тему, но публикация в "Комсомольской правде" от 15 февраля 1992 г. "Как мы держали палец на красной кнопке" возвратила меня в год 1967-ой - год наибольшего накала в советско-китайском кризисе. 
В течение 1966-1967гг. обстановка вокруг представителей "советского ревизионизма" продолжала накаляться. Несколько раз наши сотрудники подвергались нападениям со стороны хунвейбинов. Почти целую ночь я провел недалеко от ворот торгпредства в своем новеньком "Москвиче", облитом клеем, облепленным всякими дацзыбао, с выхлопной трубой, обмотанной соломой (гори, ревизионист, сам себя подожжешь, если заведешь мотор). Напряженность нарастала. Хунвейбины подвергли городок посольства двухнедельной физической и звуковой блокаде, вынудившей нас с помощью других дипломатических представительств провести эвакуацию членов семей. 
Чтобы снизить накал, мы решили организовать торжественно-траурные проводы на Родину трех погибших в ДРВ советских воинов-ракетчиков. На площади перед зданием посольства, к удивлению хунвейбинов, устроили митинг и через громкоговоритель рассказали всему Пекину, что прощаемся с воинами, которые отдали жизнь, защищая небо Вьетнама. Машина с телами погибших прошла перед строем сотрудников советских учреждений, ворота распахнулись и она медленно двинулась в сторону аэропорта сквозь расступившуюся толпу ранее бесновавшихся хунвейбинов. Они более или менее притихли на несколько дней. А потом пошли на штурм городка посольства, разгромили здание консульства и сожгли будку привратника. В самом здании посольства были перебиты все стекла первого этажа. Провокация была явно рассчитана на разрыв дипломатических отношений. Но русские нервы оказались достаточно крепкими. Последовавшая затем встреча А.Н.Косыгина с Чжоу Энь-лаем в пекинском аэропорту на некоторое время сняла острое напряжение. 
Незадолго до штурма посольства хунвейбинами нашим сотрудникам удалось побывать в провинции Хейлунцзян и Харбине и встретиться с нашими престарелыми соотечественниками. Один из них рассказал, что китайские власти выселили его с принадлежавшей ему пасеки, превратили ее в огромный ящик с песком, какие бывают в классах тактики военных академий. Представленная на нем местность отображает участок сопредельной советской территории. Старый 84-летний амурский казачий офицер этим был очень озадачен. 
Представитель фирмы "Крупп" в Пекине в беседе со мной обозвал русских дураками, которые не видят, что делается под их носом. Он выражал обеспокоенность, поскольку бывал там, куда советских давно не пускали. "Крупп" это сталь, а сталь нужна для войны. 
Мои западные коллеги, наблюдавшие за советско-китайскими пограничными отношениями, осторожно давали понять, что китайцы усиливают войсковую группировку на границе с СССР. 
Мы обобщили эти и другие данные и направили сообщения в Центр, изложив просьбу проверить информацию средствами космической, радиотехнической, военной и пограничной разведки. Ответа не последовало. 
Осенью 1967 г. я прилетел в Центр в отпуск, где мой прямой начальник заявил, что мои шифровки вгонят его в очередной инфаркт. Я промолчал. В нашем подразделении мне рассказали, что тревожная шифровка была направлена в инстанции, откуда вернулась с грозной резолюцией: "Проверить, если не подтвердится, резидента наказать". 
Проверили. Все подтвердилось. Не извинились. Не принято. 
В 1969 г. в районе, близком к пасеке, произошел известный вооруженный конфликт. 
Предупреждений настораживающего характера разведкой делалось в последние годы предостаточно, в том числе и относительно ряда столь болезненно переживаемых сегодня явлений. Не повторяем ли мы вновь ошибки, приведшие к июню 1941 года, не подтверждаем ли истину, что русский мужик задним умом крепок? А ведь предупреждения разведки выстраданы ценой неимоверного труда разведчиков. 
...Все пережитое в те напряженные во всех отношениях годы - материал для отдельной и большой книги. Вероятно, когда-нибудь наступит и ее очередь. Работа в Китае дала мне возможность понять эту страну и даже полюбить за ее самобытность. У меня там осталось много друзей-китайцев, которые, надеюсь, еще помнят меня. Сегодня я с большой признательностью вспоминаю наших послов С.В.Червоненко, С.Г.Лапина, дипломатов Ф.В.Мочульского, Ю.И.Раздухова, А.А.Брежнева и других, которые тогда помогли мнеосвоиться в новой стране, где европейцу невозможно раствориться. 
В трудные годы "культурной революции" в КНР во второй половине 60-х годов у меня сложились хорошие отношения с дипломатами социалистических и капиталистических стран. Волна крайнего национализма и экстремизма, обрушившаяся в ту пору на иностранный дипкорпус, сблизила нас, заставила помогать друг другу в трудные минуты. Одной из жертв "культурной революции" стала Людмила Малова, одного дипломата Посольства ГДР в Пекине, хорошая знакомая моей жены. В магазине "Дружба" на улице Ванфуцзин один из китайских экстремистов, находящийся то ли в полупьяном состоянии, то ли в патриотическом дурмане, ударом секача для рубки мяса по нижней челюсти тяжело ранил ее. Она упала на пол, обливаясь кровью, а он, с криками "смерть советским ревизионистам", тем же секачом пытался вспороть ей живот, видя, что она беременна. Нападавшего сотрудникам магазина удалось задержать. Людмилу Малову срочно доставили в госпиталь, где ей была оказана помощь. Ребенок был спасен. Позднее она и ее муж рассказывали нам, как в госпитале ее посетил заместитель министра иностранных дел КНР Ван Бин-нань, который выразил сожаление, что "жертвой стала жена дипломата ГДР", но призвал "с гордостью носить шрам от ранения, полученного ею в борьбе с советским ревизионизмом". 
В дни "культурной революции" разгрому подверглись также Посольства Великобритании и Монголии в Пекине. Стихийно возникшая тогда "солидарность" европейских дипломатов помогла англичанам пережить трудное время. Видимо, этим можно объяснить тот факт, что советник-посланник этого посольства господин Вилфорд прислал мне и некоторым другим советским дипломатам приглашение правительства Ее Величества посетить Англию в удобное время. К сожалению, подходящего для этого случая пока не было.