И аз воздам (СИ)
— А драться меня научат?
— В этом даже не сомневайся, — хмыкнул Курт и запнулся, увидев, как болезненно поджала губы Нессель; смириться с мыслью о том, что «хитрые ведьминские штучки» и умение вовремя ударить теперь будут основными хранителями безопасности ее дочери, она до сих пор могла с трудом. — Научат, обязательно. Будешь хорошо заниматься — и кого угодно сможешь побить. Например, вот жаль, ты не видела, как я завалил Каспара…
— Да, — удрученно вздохнула Альта. — Это было, наверно, здорово!
— Еще как. А драться меня начинали учить здесь, между прочим.
— Почему «начинали»?
— А вот потому, — с таинственным видом ответил он. — Есть и еще одно место. Но туда попадают только самые прилежные ученики с самыми лучшими рекомендациями от наставников и лучшими знаниями… Ну, об этом тебе отец Бруно расскажет после и подробно; идите пока за ним.
— А ты? — Альта нахмурилась, переведя взгляд с понурой Нессель на Курта, и с подчеркнуто серьезным видом спросила: — Опять «работать»?
— Нет, несколько дней я еще побуду здесь. Просто… — он замялся, снова переглянувшись с Бруно, и осторожно договорил: — Сегодня я, может быть, познакомлю тебя кое с кем.
— С кем?
— Не могу сказать. Сначала сам с ним должен познакомиться.
— Так нечестно, — надулась Альта. — Нельзя так, говорить наполовину.
— Тайна! — через силу улыбнулся Курт. — В нашей службе всегда так. Кругом одни тайны да загадки.
— Ему лишь бы тайн побольше, — засмеялся Бруно, взяв девочку за руку. — Идем. Тут еще много интересного. Заодно покажу, где вы будете жить.
Курт посмотрел вслед удаляющейся троице, чувствуя, как улыбка сползает с губ, а внутри снова просыпается тот неприятный, холодный червячок, который заполз в душу много дней назад на берегу Ройса и с которым он так и не смог понять, что делать…
— Бруно, — окликнул он негромко; тот остановился, обернувшись и посмотрев вопросительно. — На минуту.
Духовник тяжело вздохнул, ухитрившись при этом одновременно улыбнуться Альте и что-то сказать Нессель, и неспешно, неохотно приблизился.
— Давно ты знал? — прямо спросил Курт, и Бруно смятенно отвел глаза.
— Узнал после смерти отца Бенедикта, — тихо ответил он. — Сначала он был духовником Адельхайды, а потом… потом стал я. На первой же исповеди она мне об этом сказала.
— То есть, все эти годы ты мне врал в лицо.
— Нет, — уже тверже возразил бывший напарник, подняв взгляд. — Просто не говорил всего. Так хотела она, и с этим согласился я. Вспомни, как стоял напротив Каспара и Альты со стрелой у ее горла — и скажи, что я не имел права, не имел причин так поступить. Так было лучше и безопасней для всех… Так нам всем казалось. Но эта история показала, что вечно прятаться нельзя. Не от тебя, по крайней мере.
Слушать ответ Курта он не стал; развернувшись, возвратился к Нессель, взял девочку за руку и повел обеих дальше, вскоре скрывшись за деревьями. Курт смотрел им вслед еще с минуту, чувствуя, как холодный червь вгрызается все глубже, собираясь, кажется, угнездиться там надолго…
Он отошел в сторону от тропинки, к низкой скамейке, и уселся там, упершись локтями в колени и опустив голову на руки.
«Вспомни, как стоял напротив Каспара и Альты со стрелой у ее горла»…
И смирись с тем, что этот ледяной червь останется с тобой навсегда.
«Вечно прятаться нельзя»…
Мелкие и частые торопливые шаги Курт услышал издалека и распрямился, встряхнув головой и надеясь, что сейчас у него не то выражение лица, что было на берегу Ройса. Именно сейчас это было бы некстати…
Мальчик, ровесник Альты, выскочил на тропинку почти бегом, и лишь увидев майстера инквизитора, резко сбавил шаг, приблизившись уже размеренно и с нарочитым степенством. Напротив сидящего он остановился, вытянувшись, с подчеркнуто серьезным выражением лица, однако в карих глазах плясали нетерпеливые искорки, скрыть которые не получалось никак.
— Воспитанник Мартин Бекер! — отрекомендовался он преувеличенно громко и, сам смутившись своего пронзительного голоса, смущенно кашлянул. — Отец Бруно сказал, что меня тут ждут, и я… Вот.
— Да, все верно, ждут, — следя за тоном каждого произносимого звука, подтвердил Курт. — Я жду.
— А… — переминаясь с ноги на ногу напротив скамейки, неуверенно пробормотал Мартин, косясь на его руки, затянутые в перчатки. — А вот… можно спросить, майстер инквизитор?
— Конечно.
— Вы правда Курт Гессе, да? Молот Ведьм? — выпалил воспитанник, и Курт кивнул с прилежно натянутой улыбкой:
— Да. Я правда он.
— Вот это да… — восхищенно проговорил Мартин и, спохватившись, старательно сделал серьезное лицо, пытаясь держаться с достоинством, но все равно весь светясь от осознания того, что говорит вот так, лицом к лицу, с кумиром воспитанников и курсантов, большинство из которых могли только мечтать увидеть живую легенду вблизи.
Зараза… И что теперь с этим делать?..
— Кхм… Вот что, Мартин, нам надо поговорить, — все еще не зная, какой выбрать тон, сказал Курт, похлопав ладонью по скамейке рядом с собой. — Присядь-ка.
Ноябрь 2015