Наулака

— Ник, — тихо проговорила она.
— Что такое?
— О, ничего, я подумала, Ник, что вы сделали с магараджем Кунваром?
— Он устроен, если я не ошибаюсь. Не тревожьте свою головку из-за него. После того как я объяснил кое-что старику Нолану, тот, по-видимому, сочтет за лучшее пригласить этого молодого человека пожить у него, пока он не отправится в Колетто Майо… Но что с вами?..
— Бедная мать! Если бы я только могла…
— Но вы не могли… Эй, смотрите скорее, Кэт! Вот он уходит! Последнее, что видно из Ратора.
Ряд цветных огней высоко в висячих садах дворца начинал скрываться в бархатной тьме склона горы. Тарвин вскочил на ноги и, ухватись за край повозки, поклонился низко, по-восточному.
Огни исчезали один за другим, совершенно как камни ожерелья исчезли в ящике из-под кабульского винограда, пока не остался только свет в окне самой высокой башни — огненная точка, такая же красная и такая же отдаленная, как сверкание черного бриллианта. Исчез и этот свет, и мягкая тьма поднялась от земли, постепенно обволакивая уезжавших, мужчину и женщину.
— В конце концов, — сказал Тарвин, обращаясь к осветившемуся небесному своду, — что же, это все-таки исход, хотя и не через большие ворота, а через боковую калитку.