Крайняя мера
Эпилог
Над болотами дул холодный, пронизывающий до костей ветер. Маленькая лодочка, на которой Фрэнсиса Трэшема должны были доставить на баркас, плавно покачивалась на воде, и мерный плеск волн, разбивающихся о ее корпус, нарушал ночную тишину. Генри заблаговременно распустил слух, что собирается отправить беглеца из порта на южном побережье. Интересно было бы взглянуть, что там сейчас творится. Может быть, порт уже оцепили солдаты, идущие по их следу? Нет, вряд ли. Однако это прекрасный способ проверить, чего стоит слово Сесила.
Отца Гарнета арестовали. На суде он пытался защищаться, но у него не было адвоката. Суду короля Якова нет дела до тайны исповеди. Любой верноподданный, узнавший об измене и заговоре, целью которого является убийство короля, обязан немедленно разоблачить злоумышленников, и не важно, где и каким образом он об этом узнал. Гарнета можно было считать покойником с той минуты, как он попал в руки солдат, и он, так же как и судьи, прекрасно это понимал.
Фрэнсис Трэшем выскользнул из рыбачьей хижины, где он поджидал Генри, который вместе со своими людьми осматривал окрестности и обменивался паролем с двумя матросами в лодке. Грэшем сразу же узнал характерный запах насмерть перепуганного человека, смешанный с перегаром от большого количества спиртного, в котором Фрэнсис все эти дни пытался утопить страх. Благодаря участию Сесила в заговоре выкрасть Трэшема из Тауэра не составило большого труда.
— Вот держи, — сказал Генри и бросил Трэшему пакет. Он старался заставить себя говорить громко. — Тут деньги и документы. Теперь тебя зовут Мэтью Брунниндж, и ты можешь беспрепятственно ехать в Испанию. Все договорено. Поздравляю, ты, словно Иисус, воскрес из мертвых.
— Сможет ли он когда-нибудь жить счастливо? — спросила Джейн, прижимаясь к Грэшему, когда они наблюдали за плывущей через залив лодкой.
— Сомневаюсь, — ответил он. — Но разве возможно предугадать, кто именно заживет счастливо?
— Сэр Генри, — обратилась к нему Джейн, отступая на шаг, — думаю, пора мне стать вашей законной супругой.
Впервые Грэшем не смог справиться со своими чувствами и скрыть потрясение. Какой дьявол вселился в эту женщину?! Нашла время говорить о женитьбе! И где? На обдуваемом ветрами берегу графства Норфолк, в окружении врагов, после того как они похитили из Тауэра государственного преступника и врага Короны! Не говоря уже о том, что этот преступник считается умершим от воспаления мочевого пузыря!
— Боже милосердный! — взорвался Грэшем. — Да я…
— Видишь ли, — спокойно продолжила Джейн, не обращая ни малейшего внимания на его возмущение, — то, что я много лет была твоей девкой — одно дело, и совсем другое, если наш сын появится на свет незаконнорожденным.