Досадные ошибки (СИ)

Мисс Бьюкмен и сейчас горевала о своей первой и единственной любви, и собиралась быть верна ей всю...
― О-ох!
Они с такой силой ударились об землю, что у девушки едва не вылетели зубы. Анастасия стукнулась подбородком о противоположную скамью и серьезно предполагала, будто что-то сломала. От боли полились слезы. Служанка Бетси, как ни странно, благополучно свалилась на пол.
Возвращение из мира грез в действительность оказалось не слишком приятным.
Джимми открыл дверцу экипажа.
― Живы? ― неприветливо поинтересовался возница. Спросил, скорее, для видимости.
― Что случилось? ― крикнула горничная, потирая ушибленный бок. ― Мисс, вам помочь?
― Не надо, ― промямлила Анастасия, злясь на кучера, дорогу и весь свет, и в особенности ― на слезы. Ей стало неловко, и девушка, отвернувшись, утерла глаза рукавом.
― Ось поломалась. Карета старая, сколько говорил хозяину, что не выдержит, вот и колесо вдобавок отскочило. До Вулвертона не доехали две-три мили, ― раздраженно брюзжал Джимми, помогая вылезти девицам. ― Желаете, мисс, ― оставайтесь в карете, будем дожидаться подмоги, или ступайте пешком, лошадей я вам не доверю.
Мисс Бьюкмен вздохнула.
Часа за три они, пожалуй, доберутся до гостиницы «Блаженный приют», так что помощь Джимми подоспеет засветло.
― Мы пойдем, я направлю к тебе помощь, может, нас кто-нибудь подвезет.
― Мой вам совет, мисс, если послушаетесь старика, лучше уж добирайтесь домой на дилижансе, нескоро я двинусь в дорогу, ― напутствовал Джимми.
Анастасия распорядилась отвязать багаж, выбрала несколько вещей, по ее мнению, необходимых на три часа пешей прогулки, уложила в картонку. Она вынула из нее бесполезную соломенную шляпку, взяла теплую накидку, всю наличность, отсчитав вознице на траты, драгоценности запрятала во внутренний карман юбки, накинула палантин, заколов его брошью, и бодро зашагала по дороге, предварительно спросив горничную, готова ли она.
3 
Глава 3. Поход
Путь практически сразу повернул влево и, слегка изгибаясь, потянулся полого кверху.
Подбородок саднил, юная мисс Бьюкмен то и дело притрагивалась к нему, аккуратно потирая, что не слишком помогало.
Поломка экипажа встряхнула девицу не только в прямом смысле. У Анастасии словно что-то щелкнуло в голове, и она опомнилась.
С одной стороны дороги, по которой они шли, раскинулся луг, а с другой небольшой кустарник плавно переходил в лес. Мисс вынуждена была шагать по обочине, чтобы не глотать пыль.
Солнце приветливо пригревало плечи, слабый ветерок налетал и обдувал вспотевшее лицо. Жужжали пролетавшие насекомые, проносились ласточки, совершенно не проявляя интереса к путницам. Громко трещали кузнечики и звенели комары, но на идущих девушек пока активно не нападали. Анастасия похвалила себя за предусмотрительность, что не отказалась от зонтика, хотя лишнюю тяжесть в руках нести не хотелось, ей и так-то пришлось взять картонку. Корзинку, в дополнение к большой котомке, несла Бетси. Солнышко припекало, и мисс Бьюкмен подумала, что за время прогулки цвет ее лица мог стать похожим на вареную морковь, если бы она не укрывалась под зонтиком.
Спустя какое-то время, оглянувшись, Анастасия не увидела кареты. Они довольно скоро преодолели небольшой холм и успешно продолжили путь, приближаясь к следующему, более крутому пригорку.
К сожалению, их никто не нагнал, дорога была на удивление безлюдной.
«Если не везет, то фатально. Началу неудачам положила моя бессмысленная страсть. М-м-м, подбородок ноет, не прикоснуться, скорее всего, синяк, хороша же буду! Какая я несчастная! Более удачливая не топала бы по дороге, а поехала с сэром Энтони во Францию. Пора прекратить, наконец, грезить о несбыточном и сетовать! Возможно, поломка кареты ― это знак свыше»!
Мысли Анастасии перебила служанка. Они шагали больше часа и, похоже, Бетси утомилась, она ныла и хныкала уже минут десять где-то позади.
Барышня обернулась. Ее горничная, совсем молоденькая тринадцатилетняя девочка, еле-еле плелась. Госпожа участливо осведомилась:
― Что с тобой, Элизабет? Ногу стерла? Нужно было окликнуть, знаешь же, какая я рассеянная. Или ты больна? ― обеспокоилась Анастасия, заметив, как нетвердо догоняет горничная.
― Простите, мисс, я очень хотела воротиться домой, потому промолчала. У меня болит горло, напрасно, видно, съела чересчур много мороженого, теперь вся пылаю, ― осиплым голосом призналась Бетси и, с виноватым видом взглянув на хозяйку, охнула. ― Ну у вас и синячище! В пол-лица! Примочки бы приложить.
― Пустоголовая девчонка!― разгневалась мисс Бьюкмен. ― Что мне сейчас делать? Мы практически половину пути прошли! Сидели бы возле кареты, тебя бы как-то устроили. А сейчас как нам быть? Назад возвращаться? И в этом месте надолго не останешься, день к вечеру повернул.
― Я не могу больше ни шагать, ни стоять, ― и девочка, к ужасу, мисс Бьюкмен, кулем свалилась ей в ноги.
― Ну-ка, что ты, моя славная, ― запричитала Анастасия, пробуя привести Бетси в чувство, ласково похлопала ее по щекам, неудачно и безуспешно попыталась приподнять, но ее горничная была не в меру упитанной и крепкой, так что сил у хозяйки не хватило.
То, что Бетси была больна, не вызывало сомнений: она оказалась весьма горячей, лицо полыхало нездоровым румянцем. Барышня тщетно пыталась припомнить, что нужно совершать в подобном случае, но на ум приходили только рекомендации обратиться к лекарям.
Девушка подхватила служанку подмышки и волоком подтащила ту к ближайшей обочине. По крайней мере, лошадьми не затопчут, если вдруг проезжающие не заметят их на пути. Мисс Анастасия приняла решение, что поедет в любую из сторон, лишь бы добраться до людей.
Дорога, по которой они вышагивали, оказалась необычной, по ней не проехал ни один всадник, не прокатилась ни единая телега или карета. В настоящий момент, когда было не до романтических мечтаний, девица обратила внимание на этот факт. И на что Джимми рассчитывал, отправляясь в путь без грума?
Она вспомнила, что лично сама охотно согласилась проехать часть дороги без сопровождения, грум отпросился навестить родственников ― было по пути, а дорога, по которой они должны были ехать, обычно была оживленной, и им ничто не угрожало. Грум обещал догнать путешественников на утро следующего дня, обычно они останавливались в гостинице, предоставляли отдых лошадям и себе. Мисс Бьюкмен не возражала, спешить было некуда.
В какой момент вышло все из-под контроля? Где они свернули, в какое время? Отчего сломалась ось на какой-то дороге, где никто не ездил?
Мисс Анастасия запаниковала. Что-то прозевала неизменно здравомыслящая и практичная особа юная Бьюкмен! Эти воздушные распроклятые замки! Как можно было не заметить несомненных несуразиц? После все выяснится, но в настоящий момент необходимо было заняться служанкой и прежде привести бедняжку в чувство.
Бетси хныкала, ее морозило, и первое, что придумала госпожа ― решила укутать девочку теплее. Она сняла с себя палантин, вынула из коробки накидку и обернула Бетси. Был конец августа, поэтому иногда налетал прохладный ветерок, спасибо, что дождь не начался.
Она вытащила из картонки Бетси бутылку с водой, дала попить больной, слава богу, та смогла проглотить. Элизабет пришла в себя, пожаловалась, что мерзнет и не может идти, и пусть госпожа позже накажет свою горничную, а сейчас ей постоянно хочется спать, и она молит простить ее.
От сострадания к девочке госпожа едва не залилась слезами. Она попросила потерпеть, пока она найдет ручей и смочит платок, будет протирать Бетси руки и лицо и той сделается легче.
По обочине росла высокая трава, уже начавшая желтеть, чуть дальше виднелись кусты, деревья, но абсолютно никакого ручья не видно и не слышно не было, ни с той, ни с другой стороны. Имелась в наличии только неглубокая лужица, мимо которой они прошли.
Мисс Бьюкмен аккуратно смачивала платок в луже, протирала Бетси лицо и руки, но после трех походов прекратила, девочке облегчения это не принесло.