За борт!

— А что говорит ваше чутье, Сэм? — спросил Оутс Эммета. — Может это быть заговор террористов?
— Слишком сложно. Для такой операции нужны тщательнейшее планирование и огромные деньги. И невероятная изобретательность. Это выходит далеко за рамки возможностей подготовки любой террористической операции.
— Есть какие-нибудь соображения? — обратился Оутс к сидящим за столом.
— Могу назвать по меньшей мере четырех арабских лидеров, у кого есть мотив для похищения президента, — сказал генерал Меткалф. — И возглавляет это перечень Каддафи из Ливии.
— У них определенно есть материальные возможности, — сказал министр обороны Симмонс.
— Но вряд ли хватит ума, — добавил Броган.
Алан Мерсье, советник по национальной безопасности, движением руки показал, что хочет высказаться.
— По моей оценке, заговор скорее внутреннего происхождения, чем внешнего.
— Почему вы так считаете? — спросил Оутс.
— Наши наземные и спутниковые подслушивающие системы следят за всеми телефонными и радиопереговорами по всей планете, и ни для кого из присутствующих не секрет, что наш новый компьютер десятого поколения способен взломать любой код русских или наших союзников. Такая сложная операция потребовала бы бесконечных переговоров: вначале о подготовке, потом об успешном завершении операции. — Мерсье помолчал, обдумывая дальнейшие слова. — Наши аналитики не перехватывали ничего, что хоть в малейшей степени было бы связано с исчезновением.
Симмонс шумно затянулся трубкой.
— Думаю, сказанное Аланом звучит убедительно.
— Хорошо, — сказал Оутс, — иностранный заговор маловероятен. А что мы ищем на родине?
Заговорил молчавший до сих пор Дэн Фосетт:
— Может, это и маловероятно, но возможность корпоративного заговора с целью свержения правительства нельзя оставлять без внимания.
Оутс откинулся и расправил плечи.
— Может, это не так уж маловероятно. Президент вел активную войну с финансовыми и многонациональными конгломератами. Его налоговая программа отнимала у них львиную долю прибыли. Они опустошали свои денежные сундуки быстрей, чем их банки успевали выписывать чеки.
— Я предупреждал его, что опасно помогать бедным, облагая большими налогами богатых, — сказал Фосетт. — Но он меня не слушал. Он настроил против себя и ведущих бизнесменов, и работающий средний класс. Политики просто не могут взять в толк, что в большинстве американских семей работает и жена. А пятьдесят процентов дохода уходит на налоги.
— У президента есть могущественные враги, — согласился Мерсье. — Но не могу представить, что какая-нибудь корпоративная империя похитит президента и лидеров конгресса и об этом ничего не услышат наши службы охраны правопорядка.
— Согласен, — поддержал Эммет. — В этом было бы замешано слишком много народу. Кто-нибудь да проговорился бы.
— Думаю, довольно размышлений, — сказал Оутс. — Вернемся к делам. Надо развернуть широкомасштабное расследование и при этом продолжать делать вид, что все идет как обычно. Используйте любое правдоподобное прикрытие. По возможности, даже ваши основные помощники ничего не должны знать.
— Может, организовать на время расследования центральный пункт связи? — предложил Эммет.
— Будем собираться здесь каждые восемь часов, чтобы оценить новую информацию и скоординировать усилия разных организаций.
Симмонс подвинулся вперед в кресле.
— У меня есть сложность. Сегодня я должен лететь в Каир на переговоры с египетским министром обороны.
— Обязательно летите, — сказал Оутс. — Все должно идти своим чередом. В Пентагоне вас заменит генерал Меткалф.
Эммет пошевелился.
— Завтра утром я выступаю на юридическом факультете в Принстоне.
Оутс ненадолго задумался.
— Объявите, что простужены и не можете выступить. — Он повернулся к Лукасу. — Оскар, простите, но вы — лучшая замена. Никто не заподозрит, что президент похищен, если в Принстоне выступит новый начальник секретной службы.
Лукас кивнул.
— Я там буду.
— Хорошо. — Оутс оглядел стол. — Все планируйте на два часа новую встречу здесь. Может, к тому времени что-нибудь станет известно.
— Команда специалистов уже работает на яхте, — доложил Эммет. — Если повезет, они нащупают какие-нибудь нити.
— Будем молиться, чтобы у них получилось. — Оутс ссутулил плечи и посмотрел на стол. — Боже мой, — негромко произнес он. — Вот это и значит руководить правительством?
  
Глава 17
 
Черная Сова стоял на причале и наблюдал, как множество агентов ФБР осматривают „Орла“. Он видел, что они свое дело знают. Каждый был специалистом в своей узкой области.
Почти не разговаривая, они проверяли яхту от днища до радиомачты.
То и дело их процессии отправлялись через причал к ожидающим фургонам, унося туда мебель, ковры, все портативное и очень многое из прикрепленного к палубе и переборкам. Каждую вещь тщательно обертывали в пластик и снабжали инвентарным номером.
Агенты все прибывали, и район поисков расширился на милю вокруг поместья первого президента. Осматривали каждый квадратный дюйм территории, каждое дерево и каждый куст. Рядом с яхтой ныряльщики осматривали в воде илистое дно.
Старший агент увидел на причале Черную Сову и подошел.
— У вас есть разрешение находиться здесь? — спросил он.
Черная Сова молча показал удостоверение.
— Что привело секретную службу в уик-энд к Маунт-Вернону?
— Учения, — ответил Черная Сова. — А ФБР?
— Да то же самое. Директор, должно быть, решил, что мы обленились, и выдумал такие учения.
— Ищете что-нибудь конкретное? — спросил Черная Сова, изображая равнодушный интерес.
— Можем ли мы определить всех, кто находился на борту, — опознать по отпечаткам пальцев. Ну, сами знаете.
Прежде чем Черная Сова смог ответить, на причал с гравийной дорожки поднялся Эд Макграт. Его лоб блестел от пота, лицо было красным. Черная Сова подумал, что агент бежал.
— Прошу прощения, Джордж, — сказал он, тяжело дыша. — Минутка найдется?
— Конечно. — Черная Сова помахал агенту ФБР. — Приятно было поговорить.
— Мне тоже.
Как только они отошли туда, где их не могли услышать, Черная Сова тихо спросил:
— Что там, Эд?
— Парни из ФБР кое-что нашли. Вам надо посмотреть.
— Где?
— Примерно в ста пятидесяти ярдах выше по реке, среди деревьев. Я покажу.
Макграт провел его по тропинке вдоль реки. Тропинка отвернула к зданиям, и мужчины пошли прямо по подстриженному лугу. Перебрались через изгородь на запущенный участок за лугом. Войдя в густые заросли, они неожиданно наткнулись на двух агентов ФБР — пригнувшись, те разглядывали два больших бака, соединенных проводами с чем-то вроде электрического генератора.
— Что это такое? — не здороваясь, спросил Черная Сова.
Один из агентов поднял голову.
— Фоггеры, — сказал он.
Черная Сова удивленно посмотрел на него. Потом глаза его округлились.
— Фоггеры! — выпалил он. — Устройства, создающие туман!
— Да, верно. Генераторы тумана. Во время Второй мировой войны флот использовал их на миноносцах для создания дымовой завесы.
— Боже! — ахнул Черная Сова. — Так вот как это было сделано!
  
Глава 18
 
Во время уик-эндов официальный Вашингтон превращается в город призраков. В пятницу в пять часов вечера правительственный механизм со скрипом останавливается и вновь оживает утром в понедельник, когда запускающуюся с трудом холодную машину опять освещают многочисленные огни. Как только бригады уборщиков заканчивают работу и уходят, огромные здания становятся мертвыми, как мавзолеи.
И что самое удивительное, прекращают работать даже системы связи.
Только толпы туристов наполняют Эспланаду, [12] наводняют стадионы и бродят вокруг Капитолия, поднимаются по бесконечным лестницам и смотрят под низ купола.