Вопреки всем запретам (СИ)

— Шашлык почти готов, пойдемте к столу, — посылая мне ободряющую улыбку, он выходит из комнаты.
Через некоторые время, мы с Сашей послушно поднимаемся и подходим к заранее накрытому столу. Рома с Андреем, смеясь какой-то шутке, заходят со двора, неся в руках огромное блюдо с дымящимся ароматным шашлыком. А у меня слюнки текут. И мы с Сашкой, словно два изголодавшихся мамонта, накидываемся на мясо.
— Матрешка, ты пить что будешь? — спрашивает Андрей у рядом сидящей Сашки.
— Сок вишневый, — с набитым ртом говорит она.
— Во с женщинами повезло, — обращается он к Роме,
— Едят похлеще мужика любого! — прыскает со смеху Андрей.
А Рома, улыбнувшись, откидывается на спинку стула и притягивает меня к себе на плечо. Довольные и сытые мы еще долго сидим за столом, общаясь, вспоминая прошлую жизнь. А после, дружной компанией перебираемся в гостиную к камину. Сидя на теплом ковре, потягивая неспеш а красное вино, я с упоением наблюдаю за сидящими рядом голубками. Подруга сидит, облокотившись об Андрея, а он нежными движениями поглаживает ее живот.
— Чертенок, — из грез меня вырывает шепот Ромы. Полулежа на нем, я поднимаю голову, вопросительно заглядывая в его глаза.
— А давай тоже? — хитро прищурившись спрашивает он.
— Что тоже?
— Матрешку из тебя сделаем, — довольно ухмыляется мой муж, перебирая пальцами локоны моих волос.
— Чтобы я дома сидела? — подозрительно смотрю на него, понимая к чему он клонит.
— Нет, — тут же качает он головой.
— Чертят хочу маленьких, — прижимая меня еще крепче к себе шепчет он. А я чувствую, как щеки растягивает счастливая улыбка.
— Сегодняшней ночью готовься, — его голос у самого уха посылает тысячи разрядов по моим нервным окончаниям.
— Да с тобой ненасытный мой, я каждую ночь в боевой готовности, — хмыкаю и кладу голову на его сильную грудь, слушая размеренное биение самого дорого сердца.