Карай (Проводник С.Р.С.)
К нам уже бежали хозяева. Но помощи не требовалось.
Белая овчарка вырвалась из-под Карая, съежилась, сразу стала меньше и с жалобным визгом помчалась домой, за спасительную ограду. Карай метнулся было за ней, но строгий голос хозяина остановил его. Он сразу сник. Он сделал то, что было запрещено всем предыдущим воспитанием!
Владельцы сада извинялись перед Геворком. Он молча отстранил их, и мы пошли дальше. К счастью, никаких серьезных повреждений у Геворка не оказалось, только щека была в крови.
Выйдя на первую же асфальтированную улицу, мы остановились. Тут было светло. Геворк стал приводить себя в порядок. Он угрюмо сбивал ладонью пыль со своих серо-клетчатых широченных брюк.
– Лейтенант Витюгин! – позвал он хрипло.
Андрей вытянулся по форме:
– Слушаю вас, товарищ старший лейтенант.
– Получаете взыскание с отметкой в послужном списке.
– Есть взыскание!
Мы пошли дальше. Ничего не понимая, я тихонько спросил у Андрея:
– За что взыскание?
Оба мои спутника промолчали. Но я не мог молчать.
– Геворк, – сказал я, – возможно, я вашу службу плохо понимаю. Что было бы с вами, если б Карай не вмешался?
Никто не ответил мне на этот вопрос. И я почувствовал, что больше спрашивать не следует. «Что-то еще должно между ними произойти», – думал я.
И произошло.
На подходе к людной части города Андрей начал разговор:
– Геворк…
– Для вас – старший лейтенант.
– Геворк, – настойчиво повторил Андрей, – ты что дурака валяешь? За что мне приклеил взыскание?
– Все еще непонятно?
– Нет, товарищ старший лейтенант!
– За плохое воспитание собаки.
– Так, – спокойно сказал Андрей. – Слышишь, Карай, как за тебя страдает твой хозяин?
Мы прошли еще квартал, и Геворк, сухо попрощавшись, свернул налево.
– Все получили по заслугам, – сказал Андрей. – Геворк – покусанную щеку, я – взыскание, Маузер – звание лучшей собаки, ты, Костя, набрал интересных впечатлений. Один бедный Карай ничего не получил.
Андрей подошел к киоску, купил порцию сливочного мороженого. Мы завернули в сквер, поставили на скамейку вафельный стаканчик, и Карай принялся выбирать розовым языком мороженое, а покончив с этим, съел и стаканчик.
