Смертельный выстрел

За ужином Феба рассказала ему разные подробности о событиях дня, — о поисках Кленси, о разных приключениях во время поисков, в том виде, разумеется, в каком слухи об этом дошли до плантации Дерка; также о том, что в поисках участвовали старый господин и молодой, которые теперь уже вернулись домой. От себя уже она добавила, что «масса Дик был такой испуганный, а щеки у него такие бледные, как шерсть у старой самки опоссума». После ужина они отправились на покой, но в эту ночь оба плохо спали под тяжестью хранимой ими тайны. Утром они были поражены небывалым шумом в негритянском квартале. Это были не обычные раскатистые взрывы хохота, а какой-то серьезный говор, как будто бы случилось какое-нибудь несчастье. Выглянув за дверь, Синий Билль увидел, что все чем-то сильно взволнованы. Причину этого он скоро узнал: один из его товарищей подбежал к нему и сказал:
— Массу Дика арестовал шериф… Они говорят, он убил массу Чарльза Кленси.
Синий Билль пустился бегом к «большому дому» и поспел туда вовремя, чтобы видеть, как его молодого господина посадили на лошадь и увезли под конвоем вооруженных людей. Он поспешил домой и сообщил жене о случившемся.
— Феба, — продолжал он после рассказа, — теперь нам с тобой не нужно бояться. Я видел Сима Вудлея между теми, что приезжали, а он, знаешь, всегда будет за нас, чтобы ни случилось. Видишь вот, я хочу ему все рассказать, все, что я слышал и видел, и дам ему письмо и картинку. Ты как думаешь?
— А думаю я, что тебе всю правду говорить надо. Что с того, если старый Эфа Дерк бичом сдерет всю шкуру нам со спины?.. Я возьму с тебя свою долю побоев… половину. Да, Билли, я скажу, что и я виновата. Только правду надо говорить… всю правду, как есть.
— И я скажу… Феба, ты у меня хорошая такая… Поцелуй меня, старуха! Что делать! Надо умереть… ну и умрем вместе.
И два черных лица склонились друг к другу и крепко прижались одно к другому.