В пустыне Мохаве

Доринда не стала визжать и закатывать истерики, вроде какой-нибудь другой женщины, хотя в ту минуту злости в ней было достаточно, чтобы схватиться с горным львом. Она лишь посмотрела сначала на меня, потом на Нолана. 
- Ну ребята, по коням и вперед, - сказал Нолан бандитам. - Это мой двоюродный брат или, во всяком случае, родственник. Я мог бы позволить застрелить родственника, но чтобы какой-то Яки заживо свежевал его - это мне не нравится. Поезжайте, ребята, и считайте, что хорошо провели время. 
- А что, если мы не поедем? - воинственно спросил Клаймер. 
- Ну, - ответил я, - вас больше, но к тому времени, как стрельба закончится, многие из вас помрут, да и мы тоже. Так к чему стрелять? 
- К черту все это, - сказал один и развернул коня, и после этого они разъехались, оставив нас с Дориндой Робизо. 
- Нолан, - сказал я, - у меня была идея накупить у Ньюхолла товаров, погрузить их на мулов и отправиться через Мохаве к шахтам в Аризоне. Для одного человека это слишком много мулов. 
- Считай, что у тебя есть напарник. 
Он повернулся к Доринде. 
- Хочешь с нами, Абигейл? 
- Чтоб ты сдох, - сказала она и, развернув лошадь, ускакала прочь. 
Леди так не разговаривают. 
Через несколько миль я спросил Нолана: - Ты назвал ее Абигейл? 
- Конечно... разве ты не знаешь? Она же одна из этих никчемных девчонок Трелони с наших родных тенессийских холмов. 
Будь я проклят! Так это Абигейл Трелони. Однако той ночью в школьном саду было слишком темно, да к тому же все эти девчонки Трелони были для меня на одно лицо.