Мятежная дочь Рима

— Я знаю. — Она с самого начала не сомневалась в этом, понял я. Савия не могла не понимать, что все эти бесконечные разговоры о свободе мало-помалу подействуют и на меня.
— И как ты думаешь, что я там отыщу? — спросил я ее.
— Самого себя.
Нет, это невозможно… совершенно невозможно! На севере?! О боги, я точно сошел с ума! А как же мой отчет императору?
Нет, я пока еще не готов. Сначала я обязан понять…
И тут я понял, что принял это решение много дней назад… оно подспудно зрело в моей душе все то время, пока я расспрашивал этих людей, пока годами мотался по свету. Оно пришло ко мне не случайно — я принял его, поскольку ржавчина, разъедавшая пославший меня сюда имперский суд, давно уже мучила меня самого.
Но где же она сейчас, эта Валерия? С какой дозорной башни смотрит теперь на эту страну? И что она видит? Что ей удалось узнать? О чем она думает?
Подумать только — сенаторская дочь!
Утром мы отправились на север.
Отправились на поиски того же, что искала она.
  
Эпилог
 
Тридцать девять лет спустя после той битвы у стен Адрианова вала, в последний день года 406-го от Рождества Христова, во время страшных морозов, которых не помнил ни один человек, воды реки Рейн промерзли до самого дна. И сотни тысяч нетерпеливо ожидающих этого дня вандалов, свевов, аланов и бургундцев, выбравшись из лесов Германии, перебрались по льду и наводнили Галлию.
Слабая, лишенная воинского духа армия римлян и вместе с ней армия франков двинулись им навстречу, но были сметены и отброшены. После чего границы рухнули, и территория империи подверглась безудержному разграблению.
Кое-кто из вождей захватчиков потребовал себе во владение земли в Галлии. Остальные двинулись на юг и вторглись сначала в Италию, а потом в Испанию и в Африку. В 410 г. воинственный вождь готов Аларих захватил Рим. Столица империи пала — впервые за восемь сотен лет.
В тот же самый несчастный для империи год, когда Рим склонился перед варварами, из провинции Британия пришло письмо, в котором императора Гонория [20] ввиду все участившихся мятежей среди варваров умоляли как можно скорее прислать дополнительные подкрепления.
Наследник цезаря ответил, что на этот раз острову придется самому позаботиться о себе.
Больше из Британии сообщений не поступало.