Группа особого резерва
Глава 3 Условия
До аэропорта Катя на своем «Ауди»-«восьмерке» в этот ранний час добралась относительно быстро. Расстояние от МКАД до аэропорта составило двадцать два километра. На два с половиной километра было меньше до бизнес-терминала Домодедова. Марковцев добрался до места «дедовским» методом. Он доехал до станции метро «Домодедовская», поднялся наверх по лестнице и пошел в обратном направлении к автобусной остановке. Время в пути на микроавтобусе «Мерседес» заняло не больше получаса.
Чем ближе к аэропорту, тем чаще встречались машины «Форд» бордового цвета с надписью «Аэротель» на капоте. Гостиничный комплекс «Домодедово Аэротель» находится в трехстах метрах от аэропорта. А от новых желтых такси просто рябило в глазах.
Они встретились в здании аэровокзала, на его правой, от центрального входа, половине, на которой располагался «российский сектор». На левой же половине аэровокзального комплекса располагались острова регистрации на международные рейсы. И в этой связи комплекс походил на разделенную Германию. Рядом можно было найти «британские острова» — два киоска для автоматической регистрации пассажиров «Бритиш Эйруэйз».
Сергей был здесь два года назад, на авиасалоне, вход в который находился сразу за автостоянкой.
— У тебя есть свободная минута? — спросил Марковцев.
— Да, — с небольшой запинкой ответила Катя. — Я вообще сюда на весь день приехала. Почему ты спросил?
— Хочу угостить тебя кофе.
— Правда? — Она пожала плечами, и выражение ее глаз говорило: «Если хочешь — угощай». Она заполнила паузу, показав рукой в направлении торгово-развлекательного центра «Домодедово-Плаза»: — Там недавно открыли неплохое кафе — «Мистер Квик».
— Надеюсь, оно не очень дорогое.
— Скряга, — так, чтобы услышал Марковцев, обронила Катерина.
Это кафе ничем не отличалось от десятков других, разбросанных по аэровокзалу: закуски, бутерброды, чай, кофе, пиво. Марк купил мороженое: шоколадное — своей спутнице, пломбир с орехами — себе.
Он огляделся и пришел к выводу, что это место вполне подходит для конфиденциального разговора.
— Где наши компаньоны? — спросил Марковцев.
— Хочешь, чтобы я вызвала их сюда?
— Да, — покивал Марк. — Надолго я их не задержу.
Катя позвонила по телефону и назвала место встречи, закончив разговор: «Это срочно».
Игорь Вдовин работал в «Омикроне», компании, которая не нуждалась в особых представлениях. Это буквально читалось на его чуть полноватом лице, однако притом по нему нельзя было сказать, что он готов рискнуть головой ради денег.
— Расскажи о своей работе, какие обязанности на тебя возложены, — потребовал Марковцев. — Когда я выслушаю тебя, задам несколько вопросов.
Игорь вопросительно взглянул на Майорникову. Катя не ограничилась взглядами и жестами, а довольно жестко сказала:
— Делай, что тебе говорят. Начни с компании, в которой ты работаешь.
Игорь откашлялся, поправил очки и будто замаскировал за толстыми стеклами полный недоверия взгляд.
— Ну, основные направления нашей деятельности — грузовые перевозки.
— По России? — спросил Марк, заполняя паузу.
— Авиаперевозки в любую точку земного шара.
— То есть вы доставляете грузы не только самолетами.
— Конечно. В дополнение к авиатранспортировке из аэропорта вылета в аэропорт назначения мы доставляем грузы по всем городам России и СНГ с использованием автомобильного транспорта. При этом мы оказываем содействие в процедуре таможенного оформления груза.
— Хорошо. Кроме стандартных грузов, что еще вы перевозите?
— Крупногабаритные, тяжеловесные, — Вдовин начал разгибать пальцы, и Марк сразу заметил, что ему неудобно вести счет таким образом. Он продолжал: — Опасные грузы, сборные.
— Крупная партия денег относится к тяжеловесным или опасным грузам? — Марковцев не дал ему ответить и задал следующий вопрос, переходя на «ты»: — Конкретно ты кем работаешь?
— Менеджер по складским услугам.
— Пусть будет менеджер, — покивал Марк, припомнив слова Кати: «Если кладовщик, то кладовщик, а не заведующий складской организацией. Экспедитор — а не командующий экспедиционным корпусом». Что, она плохо знает своих людей? Он переключился с кладовщика на его товарища: — Какую должность в «Омикроне» занимаешь ты?
— Экспедирование груза. — Видя полное непонимание на лице Марковцева, он тут же поправился: — Транспортно-экспедиционные услуги.
Марк покачал головой:
— Так не пойдет, ребята. И знаете почему? Потому что я, по-вашему, специалист по управлению батальоном специального назначения при оперативном управлении главка военной разведки «Аквариум». Вы не хотите послать меня подальше?.. — Он нацелился пальцем на Игоря, собственно, выручая Катю: — Ты заведуешь складом?
— Да.
Его палец теперь указывал на Николая Любищева. Тот не стал дожидаться вопроса и упростил ситуацию на нет:
— Я экспедитор.
— Здорово, — одобрил Сергей. — Не вдаваясь в подробности, скажу, что в свое время я захватывал не только самолеты, но и аэродромы, — он не глядя указал рукой за спину. — Так вам нормально? — перешел он на современный язык. Дождавшись согласных кивков, он твердо сказал: — Скоро мы снова встретимся. А пока вы свободны.
— Где ты откопала их? — спросил Сергей, когда они с Катей остались одни. Она ушла от ответа:
— Они сделают свою работу.
Игорь работал только в первую смену. Николай — по скользящему графику. Сегодня он нашел какую-то причину появиться на работе — всего на пару часов. Игорь не нашел ничего другого, как назвать Марковцева новым шефом. Именно этими словами начался их разговор один на один.
— Как тебе новый шеф? — Он спросил таким тоном, словно сменился начальник аэропорта или Минтранса.
Николай пожал плечами. К Марковцеву можно было относиться по-разному, но он развеял туман, взял быка за рога, что еще? Виктор Сеченов и Катя Майорникова говорили убедительно, но на каждой фразе стояло клеймо: мечтать не вредно. Марк был полной противоположностью Сеченова; Катя как бы не в счет.
«Он не привык отступать», — подумал Николай и ответил:
— Марковцев — человек дела. А что думаешь ты?
Игорь был предельно откровенен:
— Человек дела — это ты верно заметил. Еще утром у нас не было дела. Я не мог отказаться раньше, не могу и сейчас.
Эта ночь, как и предыдущая, была исполнена раздумий. Мысли о работе сумбурно пересекались с воспоминаниями из далекого прошлого, что не давало мозгам закипеть.
Сергей вспомнил дом в деревне, куда приезжал на летние каникулы. Но мысли и чувства манили его дальше, к соседнему, брошенному, заколоченному дому. Он притягивал таинственной пустотой, странными днем и пугающими ночью шорохами. Туман, опускающийся на поселок, в первую очередь накрывал дом с привидениями, — Сергей был уверен, что они там есть. К дому не вели тропы, проделанные человеком, только кошками и ежами. На задах можно было разглядеть и лисьи следы: лисица, чья нора находилась в полутора километрах от поселка, подолгу стояла на месте, принюхиваясь и прислушиваясь, и под ее ногами была не твердая почва, а, казалось, зыбучий песок. И она убегала не при виде человека, а завидев ворона, чья тень срывалась с дерева быстрее его самого. Так казалось Сергею.
Там упавший и утонувший в траве забор виделся поросшим водорослями трапом, а сам дом — затонувшим кораблем. Сергей наведывался туда ночью, с фонарем, который был бессилен в плотном тумане — руки при его свете не различишь. И в такие минуты он боялся шорохов, потрескиваний, просто тишины, висевшей в кисельном воздухе, который можно было глотать. А с рассветом дом стряхивал с себя паутину тумана, выставляя на обозрение муляжи заколоченных окон. Сергей часто заходил во двор заколоченного дома днем, где в светлое время суток делать было нечего. Разве что любоваться стремительным полетом деревенских ласточек, завороженно смотреть, как они вдруг садились на ветки засохшего дерева, — так близко, что можно было рассмотреть себя в вороном блеске их глаз.