Ад в тихой обители

«Воссияй во тьме, Господи всемилостивый…»
Службу вели каноник Гилл и Ричард Хупер, но без певчих. Хор нынче отсутствовал.
«…приди и защити нас от зла, от всякой пагубы ночной…»
Не пропускавшие ни одной службы две престарелые дамы были на своих местах. Пауэрскорт посмотрел на леди Люси, полностью оправившуюся после испытаний в склепе подземной часовни. Сегодня вечером, после ужина в Ферфилд-парке, он собирался предложить ей вояж в бесконечно далекий от Комптона Санкт-Петербург. А завтра утром они поедут домой в Лондон.
Ричард Хупер читал «Nunc Dimittis»  [70]. «Дай нам, Господи, смиренно обрести мир и покой согласно святому завету…» —взывал высокий юношеский тенор среди резных деревянных ангелов.
Пауэрскорта снова заворожили старинные имена на спинках скамей: Фордингтон, Райслингтон, Грантхем Северный, Алтон Южный, Йетминстер-второй…
 «Благословит, навеки сохранит душу твою Господь, —обещал мягкий голос заканчивающего молитву каноника Гилла, — осенит сияющим светом благодати и даст покой».
Хэрстборн, Бэрбедж, Алтарный Брат Меньшой, Нетсербери Мирской, Шиптон Духовный…
«Во имя Отца и Сына и Святого Духа, аминь».
Словно послание из глубины веков, увиделись Пауэрскорту таблички в память о старинных радетелях храма. Биминстер-второй, Лайм, Хэлсток, Вилсфорд, Вудфорд…
Имена, коим тоже жизнь на веки вечные.
Барон Уинтерборн, Гилленгхем-младший, Чардсток, Тейнтон Правящий, Гранит Апостольский.
 
 Переводчик выражает искреннюю дружескую признательность мистеру Кеннету Джону Маккиннесу за его терпеливые разъяснения относительно крикета, флота, старинной поэзии, разнообразия исповеданий и прочего.