Кто-то следит за мной
Осознав, что теперь он — единственная опора матери, Дарио решил заняться своей карьерой. Откликнулся на объявление в «Нью-Йорк таймс» и получил работу в престижном рекламном агентстве на Манхэттене. Объявление гласило: «Рекламному агентству требуется ассистент. Опыта работы не требуется. Обучение на месте». Что ж, его это вполне устраивало: не нужно писать подробное резюме. Он отправился на собеседование, предстал перед сотрудником отдела кадров. Дарио уже сталкивался с таким типом людей. Их очень метко называли «пиджаками». Менеджера по кадрам, его звали Фрэнк, Дарио раскусил без труда. Педантичный, пунктуальный, строго охраняющий интересы компании. И пребывающий в полной уверенности, что без него «Броуджел и Ко» загнется в три дня. Просмотрев заявление о приеме на работу, Фрэнк вскинул глаза на Дарио:
— Значит, вы хотите стать рекламным агентом?
Дарио застенчиво улыбнулся.
— Совершенно верно, причем самым лучшим.
— Отлично, тогда вам повезло. Нам нужен такой человек.
Дарио возликовал. Он уже очертил круг знаменитостей, которыми будет заниматься: музыканты, актеры, политики, может, парочка писателей.
— Я понимаю, что не могу сразу брать на себя всю ответственность, — добавил Дарио. — Но как только я освою азы...
— Все так. — Фрэнк его не слушал. — Утром ваша первая задача — обеспечить всех сотрудников кофе. Потом будете работать на ксероксе, отвечать на телефонные звонки, доставлять пакеты, выполнять разовые поручения... и тому подобное.
Волна разочарования захлестнула Дарио, но он не опустил рук. Поскольку твердо решил, что станет лучшим рекламным агентом в Нью-Йорке. И очень скоро.
Несколько месяцев спустя, судя по отзывам руководства и Фрэнка, Дарио стал лучшим мальчиком на побегушках, когда-либо работавшим в агентстве. Он приходил за час до начала рабочего дня и никогда не отказывался задержаться, если кто-то из агентов просил его об этом. Он внимательно вслушивался в телефонные разговоры агентов, подбирая крупицы ценного опыта. Он уже понял, что общение с клиентами — целая наука. Заговаривая с секретарями четырех старших рекламных агентов в лифте или принося им поступившую в агентство корреспонденцию, он старался побольше узнать об их боссах. Дарио помнил, сколько детей у какого секретаря, как их зовут, сколько им лет, даже знал, какие у них любимые игрушки. Ему стало известно, что помощник одного из рекламных агентов, стоящий на ступеньку выше него в иерархии агентства, — героиновый наркоман — прошел курс лечения и фирме требовался человек, способный подменить его, если он не сможет работать или должен будет ехать на встречу Анонимных Наркоманов. Дарио сразу понял, что конфиденциальная информация и доброе отношение руководства, а в немалой степени и секретарей руководства, могут значительно облегчить продвижение по службе.
Но проблема состояла в том, что, отработав год, Дарио оставался мальчиком на побегушках. Он вновь заглянул в отдел кадров к Фрэнку.
— Думаю, я готов к более серьезным обязанностям, — заявил он. — Если бы мне поручили вести дела какого-нибудь клиента, я...
«Пиджак» даже не оторвался от бумаги, которую читал.
— Пока вакансий нет. Принеси мне чашку кофе, сынок.
Дарио понял, что нельзя все пускать на самотек. Вновь требовался план действий.
Как-то утром, когда он заваривал кофе, зазвонил телефон. Клиентка, несомненно очень расстроенная, приняла его за своего рекламного агента, Роджера Ривза. И сразу затараторила о свалившемся на нее несчастье, о необходимости принять срочные меры.
— Роджер, мне нужна помощь. Если эти фотографии будут опубликованы, я... я погибла. — Джина Келлогг, актриса, сыгравшая большую роль в последнем фильме студии «Мерчант-Айвори», была на грани истерики. — Премьера фильма через неделю. Ты не должен допустить публикации этих фотографий!
— Успокойтесь, — уверенно ответил ей Дарио. — Роджер в отъезде. Начните сначала и расскажите мне все.
Через два часа Дарио взял ситуацию под контроль. Для этого хватило четырех телефонных звонков. Он связался со своим давним другом из Ньюарка: Джордж Дисантис, прозванный Уродливым Джорджем, стал крупным издателем и распространителем порнографических газет и журналов, в том числе и журнала «Замочная скважина». Вот эта самая «Скважина» и приобрела «жареные» фотографии Джины Келлогг: на старте карьеры девушка шла на все, лишь бы пробиться на киноэкран. Дарио попросил Дисантиса об услуге. Объяснил ситуацию.
— Прошу тебя не публиковать эти фотографии. Будь уверен, я в долгу не останусь.
Так уж получилось, но должок Дарио смог отдать лишь потому, что его клиенткой стала Роз. Дисантиса арестовали по обвинению в хранении и распространении наркотиков. Дарио обратился к Роз, и в итоге защитой Дисантиса занялась фирма Ивена. Сидеть в тюрьме Дисантису не пришлось.
В тот момент, когда Дарио проводил «спасательную операцию», Роджер Ривз занимал пост старшего рекламного агента, а Джина Келлогг только-только стала клиенткой фирмы, и с ней носились как с писаной торбой. Роджер горячо поблагодарил Дарио, узнав о предпринятых им мерах.
— Как тебе это удалось? — спросил он.
— Знаю кой-кого, — пожал плечами Дарио, как бы показывая, что не видит в своем поступке ничего героического.
— Премия за эту неделю тебе гарантирована, — пообещал Ривз.
— Честно говоря, я бы предпочел повышение по службе, — без запинки ответил Дарио.
Кто знал, когда еще ему представится возможность поговорить один на один со старшим рекламным агентом?
Ривз ответил долгим взглядом.
— Хорошо, я дам тебе шанс. С завтрашнего дня ты — мой помощник. Дальше все будет зависеть только от тебя.
Через шесть месяцев у Дарио было двенадцать клиентов. Он умел очаровывать людей, находить к ним индивидуальный подход. А главное — ему удавалось убедить каждого клиента, что именно его делами он занимался, занимается и будет заниматься в первую очередь. Потому что он, и только он, — самый главный клиент. А кроме того, Дарио действительно стал чертовски хорошим рекламным агентом. Имена его клиентов постоянно мелькали в прессе, они регулярно появлялись на радио и телевидении. Так что широкая общественность не забывала их и знала в лицо.
Как-то раз Дарио заглянул в кабинет Роджера и попросил двухнедельный отпуск.
Босс удивленно вскинул на него глаза:
— Дарио, должен признать, нервы у тебя крепкие. Большинство людей, работающих в рекламном бизнесе, боятся отойти от стола на десять минут. Ты же знаешь, как работают рекламные агентства. Незаменимых нет. Ты не боишься вернуться к занятому кем-то столу?
— А чего бояться? Вы же знаете мне цену. А потом, я еду не отдыхать. Хочу слетать в Лос-Анджелес и найти там перспективных клиентов.
И он их нашел. Звезд рока, которые изрядно подмочили репутацию своими выходками, стареющих актеров, жаждущих вернуться на экран, молодых моделей, желающих упрочить свое положение на подиуме или добиться успеха в кино. Год спустя Дарио Розелли приносил агентству больше доходов, чем любой из старших рекламных агентов. Его карьера развивалась по нарастающей.
* * *
Дарио в «Цирке-2000» сидел за своим обычным столиком, в углу, дабы видеть весь зал. Ему нравилось футуристическое многоцветное освещение: плавная смена цветов успокаивала. Сейчас он наблюдал, как Сиро Маччони, владелец «Цирка», ведет к его столику Роз. Обычно ресторатор держался за кулисами, но если узнавал заранее о появлении в его заведении знаменитости, к примеру его любимой писательницы Роз Миллер, то обязательно появлялся в зале, чтобы лично засвидетельствовать свое почтение. Дарио поднялся, когда Маччони усаживал Роз за столик. Не укрылась от его внимания и тревога на лице Роз.