Мауи и Пеле держащие мир
Камешки, которые Оули Техас выкладывал перед охранниками, были просто кварцем.
Что касается настоящих беглецов-корейцев (двух девушек и двух парней — тех самых, которые недавно организовывали стол на берегу в лагере Тринадцатой Трибы), то они бежали с рудника в августе, без всяких алмазов (не до того было), и им повезло, что в джунглях они наткнулись на патруль Тринадцатой Трибы — а то сгинули бы без следа. Правда, их настроение до сегодняшнего дня было понурым. Их товарищи оставались в рабстве у колониалистов. Зато теперь, когда спецоперация завершилась, и пять тысяч северных корейцев (исхудавшие, и усталые) были освобождены — пришел час праздника.
В центре внимания, конечно, оказалась Джой Прест Норна. Ее подбрасывали на руках, примерно как футболиста, забившего победный гол в финале чемпионата мира. Даже удивительно, откуда у них взялась такая прорва энергии. Норне стоило большого труда убедить эту толпу своих друзей перенести фестиваль на вечер, а сейчас привести себя в порядок, помыться и поесть по-человечески! Это было актуально! И бывшие студенты «Страны народного счастья» дисциплинированно (вот ведь привычка со школьных лет) направились к пищеблоку. А Норна продолжила реализовывать длинную и тщательно продуманную комбинацию. Впрочем, по дороге ей пришлось решить один процедурно-гуманитарный вопрос. Она на ходу начиркала несколько слов в бумажном блокноте и, проходя мимо лейтенанта Ясона Дасса, передала ему выдернутый листок.
— Ты уверена? — лаконично спросил он, пробежав глазами эту директиву.
— Да, — она кивнула, — и, пожалуйста, не забудь про видеосъемку.
— С чего бы забыть? — удивился он, — Мы же ее все время ведем. Но, ты уверена?..
— Да, — повторила Норна, и пошла к металлической водонапорной башенке, на которую можно было влезть по трапу.
— Ясно, сента комиссар-директор, — сказал лейтенант, и еще раз прочел директиву:
«По ВХ, за соучастие в рабовладении, применить ВМГС в форме Н. ко всем работникам рудника. Исполнить через 15 минут. Подпись: комиссар-директор Норна, 7:34, 18.11.01 г.х.».
ВХ значило: «Великая Хартия», ВМГС значило: «Высшая мера гуманитарной самозащиты», а Н значило: «нейтрализация» (на практике — просто расстрел).
* * *Чуть позже. Северная Корея. Пригород Пхеньяна. Резиденция Председателя.
Гениальный Продолжатель дела Великого Учителя и Лидера, Главком Революционных народных вооруженных сил, Председатель Ким Чан-Чхо, как все прямые потомки Великого Учителя Ким Ир Сена, был среднего роста, с небольшой склонностью к полноте, и немного пухлым лицом. Возраст его приближался к 45 годам, и он следил за физической формой — выполнял комплекс традиционной корейской гимнастики трижды в день. Он придерживался четкого распорядка дня. Утром: гимнастика и освежающий душ, затем — легкий французский завтрак в оранжерее, с чтением мировой политической прессы.
В данный момент Ким Чан-Чхо, завернувшись в удобное кимоно, сидел на специальной невысокой деревянной скамеечке за деревянным столиком, пил кофе с молоком, и читал лондонскую «Financial Times». Вот от какого важного занятия оторвал его доверенный офицер госбезопасности, полковник Тян.
— Председатель, тысячу раз простите меня…
— …Короче, — недовольно буркнул Ким Чан-Чхо.
— Норна забрала контингент на руднике Тамалума, — лаконично доложил полковник.
— Норна? Это чушь, Тян. Она в тюрьме в Кирибати, и скоро ее выдадут американцам.
— Еще раз простите, Председатель, но в ночь с позавчера на вчера флот Меганезии взял Тараву штурмом. Норну освободили и сделали директором инноваций флота. Сегодня Норна на Эспириту-Санто-Вануату взяла под контроль этот контингент. Теперь Норна позвонила в главную службу референтов, и хочет говорить с вами, Председатель.
— Зачем она хочет со мной говорить?
— Я не знаю точно… — начал полковник.
— …Не ври, Тян, — еще раз перебил Гениальный Продолжатель, — говори прямо.
Офицер госбезопасности коротко кивнул.
— Слушаюсь, Председатель. Есть мнение, что Норна эмоционально привязалась к этому контингенту, и очень переживала за их судьбу. Есть также мнение, что Норна, будучи политически незрелой, подозревает наше руководство в неблаговидных действиях.
— Иначе говоря, — заключил Ким Чан-Чхо, — она считает, что мы ее сдали, а контингент отправили на рудники к империалистам.
— Боюсь, что так, Председатель.
— Понятно, что так, Тян. Но, важно не это. Важно то, что она хочет сделать.
— Есть мнение, Председатель, что она хочет предложить альтернативу. Ведь в смысле идеологической борьбы очень плохо, если она представит дело так, как ей кажется по причине ее политической незрелости.
— Правильно, Тян, это будет очень плохо. А какая альтернатива?
— Извините, Председатель, но в силу своего самомнения, Норна сказала, что будет это обсуждать только с вами лично по SKYPE-связи.
Гениальный Продолжатель задумался, двигая палец по окраю кофейной чашки, потом медленно кивнул и показал пальцами, будто набирает что-то на клавиатуре. Жест был предельно понятен. Полковник Тян козырнул, выбежал из помещения, и через минуту вернулся, держа в руках японский ноутбук с 20-дюймовым экраном. Очень осторожно поставив аппарат на стол, Тян тихо вышел. Ким Чан-Чхо проводил его взглядом, еще немного посидел, глядя на яркую цветную заставку «полет журавлей», а затем, слегка коснулся пальцем мигающего значка «ответить абоненту SKYPE».
Сначала на экране возник ландшафт горных джунглей, снятый с позиции, приподнятой примерно на 10 метров над грунтом. Потом картинка начала медленно поворачиваться. Перед камерой проползли два старых грузовика на участке грунтовой дороги, и очень многочисленная группа молодых людей — корейцев в футболках и шортах одинакового фасона, но разных цветов (будто эту одежду взяли, не выбирая, в каком-то одном отделе супермаркета). Могло показаться, что тут массовый студенческий выезд на природу, но, приглядевшись, Ким Чан-Чхо убедился: это тот самый «контингент». Камера снова повернулась, и большую часть экрана заняло лицо Норны.
— Здравствуйте, товарищ Председатель.
— Здравствуйте, — ответил он, — я готов вас выслушать.
— Очень хорошо, что вы готовы, товарищ Председатель, потому что у меня есть важное сообщение. Где-то рядом с вами — предатели.
— Предатели всегда рыщут поблизости, — произнес Ким Чан-Чхо, — проблема найти их и разоблачить. У вас есть идеи, как это сделать?
— Это уже сделали бдительные сотрудники Госбезопасности, — ответила Норна, — вас не информировали, вероятно, потому, что не хотели тратить ваше драгоценное время. Но, позвольте, товарищ Председатель, я займу несколько ваших минут этим вопросом.
— Хорошо, — согласился Ким Чан-Чхо.
Через пару мгновений в левом нижнем углу экрана появился значок в виде конверта. Коснувшись экрана пальцем. Ким Чан-Чхо «вскрыл конверт», и прочел:
*** Оперативная сводка. Секретно. Разоблачена австралийская агентура ***
Несколько сотрудников Особого Южного Управления Министерства внешней торговли нашей страны работали на спецслужбу Австралии. По заданию врага, они приглашали студентов из институтов КНДР на собеседование, захватывали их, и переправляли через австралийских торговых резидентов во вражеский концлагерь в стране Вануату. Эти действия могли завершиться идеологической диверсией: империалистические СМИ уже готовы были представить дело так, будто Минвнешторг продает свою молодежь в рабство. Но, коварные планы врага были сорваны, а шпионская деятельность — пресечена.
Приложение 1: Список виновных сотрудников Минторга КНДР (6 имен)
Приложение 2: Список виновных сотрудников Торгпредства Австралии (2 имени)