Шепот в песках
– Флакон для благовоний? – Не было смысла притворяться, что она не понимает, о чем ее спрашивают. – Я спрятала его на берегу.
Его глаза сверкнули.
– Не сегодня. Сегодня вы не могли это сделать. Получается, вчера. Вы спрятали его на острове Филе? Где? – Он прижал ее голову к стене каюты. – Сейчас же скажите мне, – прошептал он сквозь стиснутые зубы.
Вдруг в каюте ужасно похолодало. Пламя свечи стало прерывистым. От нее стал исходить черный дым. Глаза Кастэрса, эти черные колодцы, вплотную приблизились к Луизе. Она не могла отвести свой взгляд. В отчаянии она закрыла глаза, стараясь не дышать, чтобы не чувствовать его неприятное сладкое дыхание.
– Я никогда вам этого не скажу. – Она прижала ладони к лицу и услышала его тихий смех.
– О, вы скажете мне, любовь моя. Поверьте мне, скажете. – Он схватил ее за запястье.
У нее перехватило от боли дыхание, и она услышала, как ее хрупкая кость хрустнула под его пальцами.
– Помогите! – Она пыталась крикнуть, но из ее уст вылетел только шепот. – Анхотеп, если ты существуешь, помоги мне!
Свеча вспыхнула. Кастэрс снова засмеялся.
– Итак, наша маленькая вдова призывает верховного жреца, но не знает, как это сделать. – Он с такой силой и яростью отбросил ее к стене каюты, что у нее перехватило дыхание. – Где флакон… – Он прервался на полуслове.
Пароход стало ужасно качать. На верхней палубе, ничего не понимая, стоял капитан. Якорный канат ослаб, и «Ибис» начало относить сильнейшим течением. Слышались возбужденные голоса и топот ног бегущих матросов.
– Почему? – Она хватала ртом воздух. – Почему вы так отчаянно хотите заполучить флакон?
Он пристально на нее посмотрел.
– Я обязан завладеть им. Это совершенно необходимо. Флакон – не безделушка, которой вам позволительно играть. Это священный сосуд. В нем заключена власть и сила. Власть и сила, которыми только я знаю, как воспользоваться! – Его глазa лихорадочно блестели, и он еще сильнее сжал ее запястье.
– Анхотеп! – Луиза отчаянно пыталась вырваться. – Не позволяй ему причинять мне боль!
Свеча снова вспыхнула и на мгновение ярко осветила тесную каюту. Луиза открыла глаза и увидела, как сквозняк уносит в окно дымок от свечи. Возле него возникла туманная, призрачная, расплывчатая фигура. Сквозь нее Луиза видела стену, ставни, свою шаль, свисавшую со стула…
– Анхотеп! Помоги мне! – Теперь голос ее окреп. Ее страх перед человеком, который полулежал возле нее, был сильнее страха перед обретшей плоть тенью из далекого прошлого.
Кастэрс заметил, как вспыхнула и стала странно гореть свеча, слегка отодвинулся, почувствовав, что атмосфера в маленькой каюте неуловимо изменилась. Увидев, что Луиза впилась глазами в какую-то точку за его плечом, он обернулся в сторону окна. У него перехватило дыхание. Мгновенно Кастэрс вскочил с кровати.
– Служитель Исиды, приветствую тебя! – Он низко поклонился, не обращая никакого внимания на Луизу, которая от страха сжалась в комок на кровати, пытаясь сделаться как можно меньше.
В каюте стало нечем дышать. Свеча, которая секунду назад ярко пылала, теперь едва горела. Через мгновение она погаснет. Фигура жреца медленно таяла в воздухе.
Луиза вскочила с кровати и бросилась к выходу, пытаясь открыть дверь. В каюте было совершенно темно, и в этой кромешной тьме Луиза отчаянно пыталась нащупать задвижку. Как только фигура жреца исчезла, Кастэрс повернулся к ней. В темноте он схватил ее за плечи, когда ее дрожащие пальцы нащупали задвижку. В отчаянии она стала дергать ее, пытаясь открыть дверь. И вот, наконец, задвижка начала поддаваться, но… было слишком поздно. Кастэрс оттащил Луизу от двери и швырнул на кровать. Она попыталась громко закричать, но он закрыл ей рот рукой. И снова она услышала его смех. На этот раз в нем слышались возбуждение и триумф.
И в тот самый момент, когда он начал нетерпеливо разрывать на ней блузку, в дверь каюты громко постучали.