Любовь в сети(не издавалась)
— Точно! — залихватски махнула рукой Тамара Львовна и потом ткнула Митю пальцем в грудь. — Ты же вылитый Сашка! Я сейчас принесу фотографию!
Нина сидела ни жива ни мертва. Она догадывалась, какую фотографию сейчас принесет мама. Хотя… Митя может ее и не узнать. Она ведь несколько изменила лицо маминого приятеля в фотошопе, прежде чем поместила на аватар виртуального Дмитрия Алексеева на странице сайта «Все к нам!». Ну… а если и узнает… что ж…
— Вот, погляди, Митя! — Тамара Львовна положила перед одноклассником дочери фотографию парня, сидящего на ограде, и добавила: — Вот он, Саша Трофимов!
— Трофимов? — переспросил Митя, внимательно вгляделся в фотографию, а потом сказал: — А ведь и правда, мы очень похожи… У нас такой фотки нет…
— А почему она у вас должна быть? — с недоумением спросила Тамара Львовна.
— Потому что Александр Сергеевич Трофимов — мой отец…
— Но ты же Алексеев, а не Трофимов…
— Да, это так… Отец погиб… давно… совсем молодым, в армии… Мама вышла второй раз замуж… Она не хотела, чтобы у нас с братом были разные фамилии, чтобы никому ничего не объяснять… Вот так и получилось. Я своего отца и не знал совсем. Маленьким был, когда он погиб.
— Жаль очень, — отозвалась Тамара Львовна и смахнула набежавшую слезу. — Хороший был парень… Вот ведь как жизнь распорядилась…
— Мама… папа… — вдруг решилась сказать Нина. — Чтобы жизнь опять не распорядилась… неправильно, мы можем помочь одному хорошему человеку…
— Какому такому человеку? — недоуменно спросила Тамара Львовна.
— Ну… девочке этой… Митиной подруге, бывшей гимнастке, Марине Епифановой… Помните, я вам недавно рассказывала… Ей нужна сложная операция, а у нас такие не делают…
— И что? — опять задала вопрос Нинина мама.
— А я понял, Тамара, — сказал вдруг Иван Никитич и прикрыл своей ладонью руку жены. — Монета не зря нашлась! Послужит хорошему делу! Ты это здорово придумала, дочь! Я поговорю с коллекционерами. Думаю, что ее купят у меня довольно быстро. А если денег не хватит… Словом, я поговорю еще и с членами нашего городского общества нумизматов. Ну а потом… свяжусь с Мариниными родителями, хорошо?
— Это еще лучше, чем хорошо! — крикнула Нина, сорвалась со своего стула и обняла отца за шею. — Спасибо, папочка!
А потом Нина и Митя стояли в ее комнате у окна и вместе смотрели на падающий снег.
— И когда же наконец начнется весна… — тихо проговорила Нина.
— По-моему, она уже началась, — ответил Митя и развернул ее за плечи к себе. — Разве ты этого не замечаешь?
— Да, пожалуй, — отозвалась девочка и уткнулась лицом ему в грудь.
Митя крепко прижал ее к себе и поцеловал в висок.