Прыжок

— Ну, давай, прикури свою сигару.
Алан секунду смотрел на горящую купюру, следил, как скручивается и сжимается от огня лицо королевы на ней. А потом наклонился и все-таки поджег от банкноты сигару. Он несколько раз затянулся огромной коричневой кубинской сигарой, перемежая кашель со смехом.
— В тебе таится куча сюрпризов, ты знаешь?
Донна поглядела ему в лицо и, чувствуя тягу к нему, потребность в нем, сказала:
— Ты пришел ко мне, Алан. Ты это сделал сознательно, не так ли? Тебе всегда придется приходить ко мне. Я больше не собираюсь ни за кем бегать. Джорджио все это выбил из меня. Теперь ты видишь то, что получишь. А что между нами случилось в Шри Ланке — это лучшее, что у меня было за всю мою жизнь. Но нам еще надо кое-что сделать, нам обоим, прежде чем мы сможем быть вместе… А сейчас единственное, о чем я хочу попросить тебя, — это чтобы ты всегда сам приходил ко мне. Больше мне от тебя ничего не нужно. Только чтобы ты всегда бегал за мной.
Притянув ее к себе, Алан нежно прошептал:
— Я всегда буду следовать за тобой, Донна, куда бы ты ни поехала. Никогда в жизни я никого не любил, не был влюблен по-настоящему. До того момента, как ты вошла ко мне в кабинет. И с тех пор ты занимала мои мысли и мое сердце. Я буду следовать за тобой, Донна, каждый день моей жизни, потому что я знаю, что теперь я не смогу жить без тебя.
Она не отвечала ему, и он спросил полушепотом:
— Но ты ведь любишь меня, хотя бы капельку, не так ли?
Донна улыбнулась — ее позабавил сомнение, прозвучавшее в его голосе. Усмехнувшись, она прижалась к нему и крепко его обняла.
— Это единственное, Алан Кокс, в чем я по-настоящему уверена. — И поцеловала его.
А когда поцелуй прервался, он заглянул ей в глаза и сказал:
— Пойдем со мной в постель.
Донна засмеялась. Румянец лишь подчеркнул молочную белизну ее кожи.
— Как? Прямо сейчас? А что скажет Долли?
Алан хитро улыбнулся:
— Мне жаль, Донна, но я никак не могу к ней приспособиться. Одной женщины за раз для меня более, чем достаточно.
Бросив в огонь последние купюры, Донна взяла его руки в свои.
— Я постараюсь сделать так, чтобы ты никогда больше не захотел другой женщины. — Она произнесла это уверенным голосом.
Алан улыбнулся про себя.
— На самом деле именно это я и надеялся от тебя услышать.
Они вместе вошли в дом. В жаровне догорали деньги, распространяя вокруг густой черный дым.