Месть и любовь

Найлу очень тяжело было произнести эти циничные слова, но иначе он поступить не мог. Спектакль еще не закончился.
Фиона отошла от мужа и приблизилась к матери.
– Мама, пойдем со мной. Нам здесь больше нечего делать.
Одной рукой девушка обняла мать за талию, другую протянула крестной, и они вышли из комнаты. Фионе не терпелось поскорее успокоить обеих женщин, рассказав им правду.
Оставшись наедине с Митчеллом, Найл распрямил плечи и обреченно проговорил:
– Вот видишь, Олпин, мне все-таки придется драться с Макфи. Тебя это должно радовать. Впрочем, я тоже доволен. Давно пора расквитаться с этим зарвавшимся отпрыском обедневшего графа. Митчелл подошел к нему и тихо спросил:
– А что же она? Ты больше не боишься причинить боль своей жене, убив ее брата?
Найл равнодушно пожал плечами. Это показное равнодушие далось ему нелегко, но вышло очень естественно.
– Я имел полное право вызвать Дункана на дуэль. Он оскорбил меня и заплатит за это.
Митчелл кивнул и задумчиво спросил:
– Ты хочешь, чтобы я и на этот раз был твоим секундантом?
Сердце Найла болезненно сжалось. Он чувствовал себя предателем и молил Бога о том, чтобы подозрения Фионы оказались ошибкой. Однако, необходимо наконец узнать правду.
– Конечно, Олпин, – ласково сказал Найл, – мы выросли вместе, и ты всегда был рядом со мной. Кроме тебя, мне некому доверить свою жизнь и честь.
Митчелл улыбнулся и подошел ближе.
– Я люблю тебя, как брата, которого у меня никогда не было, – тихо произнес он. – Я немедленно выясню, кто будет секундантом Макфи и все организую. Ты смело можешь доверить мне свою жизнь, и я не подведу тебя, клянусь!
Найл кивнул и пожал протянутую ему руку.
– Спасибо.
* * *
Фиона нежно обняла Найла, который лежал на кровати, прикрыв глаза рукой.
– Любимый, не мучай себя так, – сказала она, осторожно проводя рукой по его израненной щеке.
– А что, черт возьми, мне еще остается делать? – тоскливо произнес Найл. – Ты предполагаешь, что мой друг, единственный человек, которому я доверял, – убийца, и советуешь мне не мучаться по этому поводу. Извини, но я не железный.
Фиона вздохнула.
– Я все понимаю. Если выяснится, что Митчелл невиновен, то я искренне порадуюсь этому вместе с тобой, но если он все-таки виноват то… мы не можем позволить этому маньяку оставаться на свободе.
Найл стиснул пальцы жены.
– Меня удивляет то, что убийца наносит удар только тогда, когда я собираюсь драться на дуэли.
– Это не совсем так, – мягко возразила Фиона. – Вспомни ту женщину в Бостоне. Ведь ее ты на поединок не вызывал.
Найл откинулся на подушки, натянул на себя одеяло и задумчиво произнес:
– Да, ее убили первой и без какого-либо видимого повода. У нее ничего не украли, даже наоборот, оставили мой талисман и пуговицу от мундира Британского офицера. Боже, как бы мне хотелось вспомнить ту проклятую ночь!
Фиона заглянула мужу в глаза и вкрадчиво спросила:
– А ты не думаешь, что тебе в еду подмешали снотворное или наркотик?
Найл замер и несколько секунд спустя оживленно произнес:
– Вполне возможно, только кто и когда это сделал? Всю ночь, по крайней мере ту ее часть, о которой я помню, мы провели вместе с Митчеллом…
Роковые слова были произнесены.
– Значит, снова Митчелл, – прошептала Фиона.
Найл шумно вдохнул.
– Нет, дорогая, – сказал он после небольшой паузы, – тот факт, что мы вместе провели вечер, вовсе не уличает Олпина, такое случалось и раньше. Я уверен, что он не виноват, и надеюсь вскоре в этом убедиться.
Фиона кивнула и нежно поцеловала мужа, давая понять, что считает разговор на эту неприятную тему оконченным. Ее рука шаловливо скользнула ему под рубашку.
– Мне кажется, у нас есть занятие поинтересней, – лукаво проговорила она.
* * *
На следующий день за завтраком Дункан торжественно объявил:
– Митчелл хочет встретиться со мной сегодня вечером, чтобы выяснить, кто будет моим секундантом.
Сердце Фионы возбужденно забилось.
– А ты не можешь сообщить ему это запиской? – спросила она. Девушка не хотела, чтобы брат лишний раз встречался с этим страшным человеком.
– Могу.
Найл глубоко вздохнул. Он понял, почему Фиона заговорила о записке.
– Пока Митчелл ведет себя именно так, как мы и ожидали, – безразличным голосом произнес Дункан, откусывая кусок пирога с фасолью и запивая его элем.
– Похоже на то, – печально констатировал Найл.
– Мы должны довести свой план до конца, – твердо сказала Фиона, – пора наконец выяснить правду.
Найл кивнул и спросил Дункана:
– Где он назначил тебе встречу?
– В таверне у порта Лейт, – ответил Дункан.
– В доках? – удивилась Фиона. – Но почему там? Не легче ли было пригласить его сюда?
– Митчелл пишет, что хочет выпить со мной пива в знак того, что он со своей стороны ничего против меня не имеет. Кроме того, он считает, что у моря мне будет уютнее, – Дункан усмехнулся. – Митчелл еще не знает, что я оставил службу на флоте и возвращаюсь на Колонсей.
– Дункан, – воскликнула Фиона. – Я этого тоже не знала. Представляю, как обрадуются мама и папа. Какой ты молодец! Родителям так нужна сейчас твоя помощь.
– Да, – улыбнулся Дункан, – и еще им нужны мои сильные руки и крепкая спина.
– И это, конечно, тоже, – смеясь признала Фиона.
– Во сколько состоится ваша встреча? – спросил Найл, возвращаясь к первоначальному разговору.
– В десять, – ответил Дункан и проказливо улыбнулся, – в это время в таверне полно посетителей, так что вряд ли Митчелл выбрал именно это место для того, чтобы перерезать мне горло.
Найл налил себе кофе и очень серьезным голосом произнес:
– Я тоже приду туда.
Фиона выронила свою вилку и решительно заявила:
– Я пойду с тобой.
Найл взглянул на жену и не менее решительно произнес:
– Черта с два!
Девушка упрямо подняла подбородок.
– Нет, мы пойдем вместе! Это была моя идея, и я хочу собственными глазами следить за развитием событий. А кроме того, – она фыркнула, – тебе может понадобиться помощь.
Найл стиснул ее руку и прошипел: