Пророчество Черной Исабель

Друзья наблюдали за ним издалека, читая вполголоса молитвы в память о покойном. Джеймс был благодарен им за то, что они его поняли.
Прорицательница как-то сказала, что властелин ветров должен покаяться в сердце своем. Что ж, он так и сделал: каждая прочитанная молитва, каждая лопата земли, брошенная в могилу, это дань его любви, признание вины и просьба о прощении.
И все же он остался в долгу перед Уильямом Уоллесом. Может быть, на то, чтобы отдать весь долг, уйдет целая жизнь, а может, и ее не хватит. Но Джеймс по крайней мере сделал первый шаг и теперь мог надеяться, что когда-нибудь простит себя, вновь обретя утраченный душевный покой…
Предав останки земле, он сложил руки перед собой и прошептал:
– Requiem aeternum dona eis, Domine. Requiescat in pace  [3], мой дорогой друг…
Потом повернулся и пошел прочь.
Исабель ждала его. В тусклом свете пасмурного утра ее глаза сияли безоглядной любовью, которая не ставит условий и ни о чем не спрашивает, отдавая себя всю без остатка. Эта любовь даровала ему прощение, освободила от тяжкого бремени, чтобы в ответ он мог любить так же безоглядно.
Сокол, сидевший на руке Исабель, заклекотал и перелетел на ветку боярышника, чтобы спрятаться от дождя.
Молодая женщина с улыбкой двинулась к Джеймсу по мокрой траве. Казалось, она не шла, а скользила над землей, не касаясь травы, как волшебница-сильфида или как ангел, каким-то чудом залетевший на землю. Несколько мгновений Джеймс молча смотрел на нее.
А затем протянул навстречу руки.