Венецианская маска. Книга 2
Звук шагов заставил Мариэтту повернуться. Это была прислуга, люди зажигали люстры, и мягкий мерцающий свет упал на нее. Подошел Доменико. Несмотря на всеобщее отвращение в Европе к Наполеону, французская мода, вопреки всем условностям, по-прежнему занимала господствующее место — Доменико, как и большинство мужчин, носил волосы коротко остриженными и зачесанными вперед. Воротник его сюртука был высоким, а прежние бриджи до колен сменились узкими, в обтяжку, брюками. Сегодня они ожидали гостей, которые должны были прийти поиграть в карты, по этому случаю Доменико и решил немного принарядиться.
— Прекрасный вечер, — одобрительно заметил он, опершись руками на балюстраду. После страшных лет заключения он научился ценить свободу, каждое ее мгновение. Конечно, его печалили события, о наступлении которых он давно предупреждал, но он не терял надежды на будущее. Среди венецианцев рос и ширился дух независимости. И многие из горожан, в том числе и он, делали сейчас все, чтобы эти умонастроения не исчезли, а сохранились, что в конечном итоге должно было заставить завоевателей уйти из города. Мысленно Доменико представлял себе, как передаст знамя свободы своему сыну Данило, когда придет пора молодым сменить их поколение.
Он улыбнулся Мариэтте, и их руки сплелись.
— Скоро приедут гости, — напомнил он.
Она кивнула.
— Давай постоим здесь еще немного. Как ты думаешь, возродится ли когда-нибудь венецианский карнавал?
— Я не сомневаюсь в этом, но не такой долгий, потому что с ним может вернуться все зло прошлого и его пороки. А почему ты вдруг вспомнила об этом?
— Да ты знаешь, просто стояла здесь и думала о тех годах.
Вдруг в салоне позади них раздались оживленные разговоры. Прибыли Леонардо и Адрианна, другие гости, и Доменико отправился приветствовать их.
Еще несколько мгновений Мариэтта задержалась на балконе, бросив взгляд на заходящее солнце. Венеция. Несмотря на то, что пришлось пережить этому городу за последние несколько лет, его очарование, его магическое обаяние оставалось, и какие бы невзгоды не сулило будущее, безмятежный город всегда будет околдовывать тех, кому доведется увидеть его впервые, и воспоминание о нем останется у них на всю жизнь. Так, как это случилось с ней. А Венеция заявила на нее свои права задолго до того, как Мариэтта приехала сюда, именно в тот день, когда она, подняв крышку шкатулки, увидела золоченую маску.
Мариэтта увидела, что ее дожидается Доменико, махая рукой, и в ее глазах появилась спокойная счастливая улыбка. Рука об руку они вошли в салон. Он был ее Венецией.
