Завороженные

— Правда?
— Правда. Мне с ней стало скучно. Никогда не перечит, ногти вечно накрашены, тряпки меняет по сто раз на дню… — Он осторожно положил руку ей на затылок, притянул к себе.
— Понятно… — пробормотала она, крепко прижимаясь к нему. — Слушай…
— Говори.
— Я хочу… Боже, как страшно! — Мэл отстранилась. Взгляд ее стал испуганным. — Загляни в мои мысли. Посмотри сам, дай дух перевести.
Он обхватил ее лицо руками, всмотрелся потемневшими глазами, увидел все, чего ждал, приник к губам нежным утешительным поцелуем.
— Скажи словами. В словах чистая магия.
— Не подумай, что я тебя к стенке приперла. Просто я…
— …Тебя люблю, — договорил он.
— Угу, — улыбнулась Мэл. — Можно сказать, размыла границу. Не собиралась ехать, но поняла, что надо. Конечно, зря не позвонила сначала. Неудобно вышло, у тебя гостей полный дом.
— И все прилипли носом к кухонному окну.
— Где?.. — Мэл оглянулась, вспыхнула, попятилась. — Ох, боже мой, я пошла. Сама не верю, что решилась явиться. — Нервно пригладила волосы и вдруг увидела кольцо на пальце.
Себастьян шагнул к ней.
— Я дорожу этим камнем больше всего на свете. Отдал его Моргане, попросил изготовить кольцо. Для тебя. Только для тебя. Хочу, чтобы только ты его носила. Только с тобой хочу жизнь разделить. Дважды надел кольцо тебе на палец. — Он клятвенно поднял руку. — Никто никогда не полюбит тебя так, как я.
Глаза высохли, на душе стало спокойно.
— Ты серьезно? Себастьян усмехнулся:
— Нет, Сазерленд. Шучу.
Мэл, вскрикнув, бросилась к нему в объятия.
— Не отопрешься. У меня есть свидетели! — Из кухонного окна грянули аплодисменты. — Ох, как я люблю тебя, Донован! Клянусь, что постараюсь наполнить твою жизнь потрясающими событиями!
Себастьян подхватил ее, закружил, поцеловал.
— Знаю. Пойдем заново знакомиться с моей семьей. Мы все тебя ждали.