Ассирийский царь Асархадон

- Сейчас смерть, уничтожение, - думает Лаилиэ и, забывая свое решение выдержать мужественно спокойствие до конца, рыдая, молит о пощаде. Но никто не слушает его. 
- Да это не может быть, - думает он, - я, верно, сплю. Это сон. - И он делает усилие, чтобы проснуться. - Ведь я не Лаилиэ, я Асархадон, - думает он. 
- Ты и Лаилиэ, ты и Асархадон, - слышит он какой-то голос и чувствует, что казнь начинается. Он вскрикивает и в то же мгновение высовывает голову из купели. Старец стоит над ним, выливая ему на голову последнюю воду из кружки. 
- О, как ужасно мучался я! И как долго! - говорит Асархадон. 
- Как долго? - говорит старец. - Ты только что окунул голову и тотчас опять высунул ее; видишь, вода из кружки еще не вся вылилась. Понял ли ты теперь? 
Асархадон ничего не отвечает и только с ужасом глядит на старца. 
- Понял ли ты теперь, - продолжает старец, - что Лаилиэ - это ты, и те воины, которых ты предал смерти - ты же. И не только воины, но и те звери, которых ты убивал на охоте 8fc и пожирал на своих пирах, были ты же. Ты думал, что жизнь только в тебе, но я сдернул с тебя покрывало обмана, и ты увидал, что, делая зло другим, ты делал его себе. Жизнь одна во всем, и ты проявляешь в себе только часть этой одной жизни. И только в этой одной части жизни, в себе, ты можешь улучшить или ухудшить, увеличить или уменьшить жизнь. Улучшить жизнь в себе ты можешь только тем, что будешь разрушать пределы, отделяющие твою жизнь от других существ, будешь считать другие существа собою - любить их. Уничтожить же жизнь в других существах не в твоей власти. Жизнь убитых тобою существ исчезла из твоих глаз, но не уничтожилась. Ты думал удлинить свою жизнь и укоротить жизнь других, но ты не можешь этого сделать. Для жизни нет ни времени, ни места. Жизнь мгновения и жизнь тысячи лет, и жизнь твоя и жизни всех видимых и невидимых существ мира равны. Жизнь уничтожить и изменить нельзя, потому что она одна только и есть. Все остальное нам только кажется. 
Сказав это, старец исчез. 
*** 
На другое утро царь Асархадон велел отпустить Лаилиэ и всех пленных и прекратил казни. 
На третий день он призвал сына своего Ашурбанипала и передал ему царство, а сам сначала удалился в пустыню, обдумывая то, что узнал. А потом он стал ходить в виде странника по городам и селам, проповедуя людям, что жизнь одна и что люди делают зло только себе, когда хотят делать зло другим существам.