За Веру, Царя и Отечество
И в заключение остается поднять главный вопрос - могла ли Россия не участвовать в этой войне? Разными авторами давался различный ответ в зависимости от степени их компетентности и политической конъюнктуры. Но факты говорят однозначно - нет, не могла. Потому что война была предрешена в Берлине. И именно против России. И начало ее намечалось именно на 1914 г. Так что даже полная капитуляция в сербском вопросе ничего не меняла нашелся бы другой предлог, у германской дипломатии с этим никогда проблем не возникало. Собственно, ценой Сербии Россия не получила бы существенного выигрыша во времени - Германию торопили собственные соображения. И наоборот, все прежние уступки воспринимались как доказательства слабости русских, делали немцев еще наглее и самоувереннее. Уступают - значит боятся. И воевать все равно пришлось бы, но уже потеряв одного из союзников и испортив репутацию на международной арене в качестве предателя своих друзей.
Имелась ли точка выбора раньше? Да, имелась, где-то в 1905-1907 гг. Отказаться от союза с Францией и перейти в кильватер Германии. Но и такой маневр, если разобраться, выгоды России не давал. По сути, подобным образом всего лишь реализовался бы на 30 лет раньше вариант "пакта Молотова Риббентропа". И разгромив противников на Западе, германская агрессия неизбежно повернула бы на Восток. К этому Берлин толкали и экономические, и геополитические интересы, и идеология пангерманизма, и "турецкая составляющая" их политики. Но в отличие от 1941 г., Россия осталась бы с Германией не "один на один", а по крайней мере, "трое на одного" - против коалиции из Германии, Австро-Венгрии и Турции. К которой при подобном раскладе почти стопроцентно примкнули бы Италия, Румыния, Болгария. А могли соблазниться и Япония, Швеция, Англия. В Петербурге это понимали и строили политику соответствующим образом. И было так, как было.
Часть вторая
ВЕЛИКАЯ ВОЙНА
11. АРМИИ И ПЛАНЫ
Да вскипит фиал заздравный
Во привет стране родной
Нашей Руси православной,
Броненосице стальной...
Хоровая песня
Что же представляли собой вооруженные силы держав, готовившихся вступить в борьбу? В тогдашних армиях примерно 70% составляла пехота, 15% артиллерия, 8% конница, остальное приходилось на другие виды. Имелись броневики, самолеты, но на первом этапе войны они выполняли сугубо вспомогательные функции - как средства связи, разведки. Иногда аэропланы использовались и для бомбометания, но оно осуществлялось вручную. Например, итальянские летчики в Триполитанской войне бросали бомбы по 1 кг, русские в Балканской - по 10 кг. Авиация, связь, автомобильный транспорт еще не выделились в самостоятельные рода войск - например, в России они входили в состав инженерных войск вместе с саперами. А границы всех стран прикрывались в то время линиями мощных крепостей. Во Франции - Мобеж, Вуазье, Верден, Туль, Эпиналь, Бельфор. В Германии вдоль французских границ - Кельн, Майнц, Мец, Страсбург, вдоль русских - Кенигсберг, Летцен, Данциг, Торн, Позен, Бреслау. У австрийцев - Краков, Перемышль, Стрый, Станислав. У русских - Ковно, Гродно, Осовец, Новогеоргиевск, Брест-Литовск.
И по уровню подготовки, и по технической оснащенности лучшей армией была германская, насчитывавшая после мобилизации около 2,5 млн. штыков и сабель. Общий срок службы у немцев составлял 24,5 года - из них 2 года солдат служил на действительной, 4,5 числился в резерве, 5 - в ландвере (территориальных войсках) I призыва, 8 - в ландвере II призыва, а потом переходил в ландштурм (ополчение), где и числился до возраста 45 лет. В ландштурм определялись также допризывники от 17 до 20 лет и лица, непригодные к службе по состоянию здоровья. Причем в отличие от других государств, где служба в запасе была больше формальностью, в Германии она понималась буквально. С запасниками регулярно проводились сборы, учения, так что войска резерва не уступали кадровой армии. Германский корпус насчитывал 45 тыс. чел. и состоял из 2 дивизий и ряда специальных частей. В дивизии (17 тыс.) было 2 бригады, в бригаде - 2 полка, в полку 3 батальона. Всего, таким образом, в дивизии было 32 батальона по тысяче человек в каждом, а на вооружении имелось 24 пулемета и 72 орудия, из них 12 тяжелых. А корпусная артиллерия состояла из 16 тяжелых орудий (калибр 150 мм). Кавалерийский корпус состоял из 2 - 3 дивизий по 4200 сабель.
Немецкая военная наука обращала особое внимание на взаимодействие пехоты и артиллерии. Так, строевой устав, введенный в 1906 г. и дополненный в 1909 г., учил: "Деятельность пехоты в бою не только находится в тесной связи по времени и месту с деятельностью артиллерии, но должна вытекать одна из другой". И требовал "поддерживать непрерывную связь между артиллерией и передовыми пехотными цепями". Профессиональные качества командиров были высокими. В германской армии существовал строгий порядок новогодних "синих конвертов" - нерадивый офицер мог обнаружить на столе извещение, что он уволен, и жаловаться было уже бесполезно. Но и доверие было высоким. Командарм в рамках поставленной задачи мог не оглядываться на вышестоящее начальство и выполнять ее так, как считает нужным. При подготовке войск требовалось развивать самостоятельность и инициативу офицеров и солдат. Важное место уделялось идеологической подготовке, в которой уже тогда фигурировали теории о "расовых особенностях" и "особой исторической миссии".
Однако идеализировать качества германской армии тоже нельзя. Свои минусы имелись и у нее, причем серьезные. Хотя немцы тщательно следили за техническими новинками, за опытом локальных войн, но должных уроков так и не извлекли, и тактика их армии очень серьезно отставала от современных требований. Обороне отводилось недостаточное внимание. А при наступлении предусматривались атаки в полный рост без применения к местности, причем густыми цепями - с интервалами в 2 шага, а то и сомкнутыми колоннами. Требовалось, чтобы цепь держала равнение. Отрабатывался и такой архаичный прием - через определенное число шагов цепь останавливалась, прицеливалась, давала залп и маршировала дальше (под огнем противника!). И кавалерия тоже готовилась к конным атакам в плотных строях.